— Тебе не нужно напоминать мне, — тихо сказала я. — Я знаю.
— У тебя остался год. Переезжай домой. Мы разберемся с этим вместе.
— Переезд домой ничего не изменит, Гейб. — Я не могла уехать из Нью-Йорка. Помимо моей семьи, там были все, кого я любила. — Это сделает им только хуже.
Его рот еще больше сжался.
— У тебя нет никакой ответственности в Нью-Йорке. Никто тебя не подталкивает. Если ты останешься там, ты никогда...
— Остановись. — Тысячи голосов теснились в моей голове, борясь за внимание.
Мой. Габриэля. Моих родителей. Кая. Леонора Янг, и Паркер, и Феликс, и все остальные люди, которых я так или иначе подвела.
Я не унижал тебя. Я попросил тебя о том, что ты нам обещала.
Преследуй свои мечты.
Ты закончишь это. Ты слишком сильна, чтобы не делать этого.
Ты и мой сын — плохая пара.
В клубе действует строгое правило, запрещающее отношения. Это четко прописано в вашем контракте.
Это почти закончено, верно?
— Просто остановись. — Эмоции расщепили слоги пополам.
— Я не собираюсь возвращаться. Позволь мне разобраться с этим самой, хорошо?
Я не знала, что я собиралась делать, но я знала, что не смогу этого сделать, когда Габриэль нависает надо мной. Его суждение выбило бы из меня всякую свободу мысли.
Последовала долгая пауза.
Затем он встал, его тень окутала меня под светом фонарей во внутреннем дворике.
— Это твой выбор, — сказал он, его тон был холодным от неодобрения. — Но не говори, что я тебя не предупреждал.
Секунду спустя дверь за ним закрылась, оставив меня одну в темноте и страдании.
ГЛАВА 36
— Я хочу, чтобы это было сделано чисто. Никакого шантажа, никакого обхода закона, — сказал я. — Я не хочу, чтобы хоть одна незаконная деятельность привела ко мне.
— Если ты настаиваешь. — Плавный протяжный голос Кристиана Харпера растекся по всей линии. — Должен сказать, что прошло много времени с тех пор, как я имел дело с кем-то, у кого такая непоколебимая мораль. Это почти освежает.
Только Кристиан мог произнести слово «мораль» с таким сильным презрением.
Откинувшись на спинку стула, я постучал ручкой по столу. Я старался свести свои отношения с ним к минимуму, но когда дело доходило до обнаружения цифровых следов и выкапывания компромата, ему не было равных. Он был единственным, кто мог дать мне то, что мне нужно, до церемонии перехода генерального директора на следующей неделе."
"Фрагменты из моего разговора с Тобиасом в пятницу врезались в память.
