А потому Мозер-батюшка поступил подобно герою русской сказки, отправляющему выросших сыновей в большую жизнь: призвал братьев и сказал примерно таковы слова:
– Сыны мои милые, сыны мои любезные! Вот вы и выросли, пора и самим зарабатывать. Большого дела, в которое я мог бы взять вас компаньонами, сами знаете, у меня нет. Так что придется вам надеяться исключительно на себя самих. Вот только Швейцария наша родная маленькая и тесная, здесь не заработать как следует. Зато не так уж далеко от нас огромная Российская империя, которая сейчас переживает расцвет.
Вот там-то человек, если он неглуп и не лодырь, многого может добиться. Вот вам небольшая денежка на дорогу и первое время. Езжайте, хорошие мои, в Россию, страну больших возможностей!
Братья и поехали – а что им еще оставалось? Сначала попробовали заняться земледелием в Поволжье, но не получилось – исключительно из-за того, что они были швейцарцы. В гористой Швейцарии очень развиты традиции животноводства, а вот с земледельческими обстоит лишь самую чуточку получше, чем на каком-нибудь острове Таити.
"
"То ли надоумил кто, то ли сами догадались… Братья Мозеры, получив соответствующее образование, стали инженерами Корпуса путей сообщения (в те времена занимавшегося главным образом железными дорогами). Инженер Корпуса был Персоной: приравнен к офицерам, мундир на манер офицерского, треуголка с султаном, эполеты, шпага, самое высокое среди всех других государственных ведомств жалованье.
Уж я-то точно знаю, что это не выдумка, а быль, потому что один из братьев стал моим прапрадедом. В большие люди вышли братья Мозеры и основали самую настоящую фамильную династию, протянувшуюся далеко в будущее. Мой прадед дослужился от простого машиниста до начальника вагонного депо (по чину – штатский полковник), дед всю жизнь проработал железнодорожным инженером, отец, среди прочего, строил железную дорогу Абакан – Тайшет. И даже меня эта фамильная традиция чуточку зацепила: я одно время работал в газете Красноярской железной дороги, согласно правилам МПС имел какой-то железнодорожный чин (мелкий, правда, типа унтера) и право на ношение мундира с соответствующими знаками различия.
Ладно, что-то я разболтался о личном. Вернемся к инженеру Гесснеру. Получив высочайшее разрешение и отобрав несколько энергичных русских сподвижников, он начинает строить первую в России железную дорогу.
