В самом деле, это ведь так интересно – литератор Александр Дюма самозваным образом присвоил себе титул маркиза де ля Пайетри и пытается вызывать на дуэль родовитых дворян, а те брезгливо уклоняются, прекрасно зная, что происхождением Дюма не блещет…
Итак, войска коалиции высадились в Крыму, предварительно обстреляв снарядами и ракетами прибрежные города: англичане, французы, турки и подданные Сардинского королевства, отнюдь не самого маленького из государств, на которые тогда была разделена Италия. Если с первыми тремя все ясно, их мотивы и побуждения лежат на поверхности, то что касаемо сардинцев, я до сих пор не могу понять, какого лешего их в Крым занесло.
Русские никогда не чинили им никаких обид, а собственных интересов у них в России не было никаких, ни политических, ни экономических. Единственное убедительное объяснение, какое приходит на ум, – англичане их попросту наняли. Воевать чужими руками они всегда были мастера."
"Историю войны в Крыму я рассказывать не буду, о ней и без меня написаны горы книг.
Займусь отдельными подробностями, деталями и нюансами, не имеющими отношения ни к вынужденному затоплению русской парусной эскадры руками русских же моряков, ни к героической обороне Севастополя. О самых разных аспектах, порой малоизвестных, прочно забытых.
Прежде всего – об интервентах. Французские войска состояли из французов. Турецкие – соответственно, из турок. Сардинские – из итальянцев. Что до британцев, изрядную часть их воинства составляли не этнические англичане, вообще не жители Британских островов и не подданные Великой Британии.
Навербованные в Европе наемники – немецкие, фламандские, польские и чешские. Ну вот не любила Англия воевать собственными руками, что поделать…
Командующих русскими сухопутными войсками, сначала князя Меншикова, потом князя Горчакова обычно принято ругать за бездарность. Они и в самом деле проиграли оба крупных сражения, в которых участвовали. Но дело тут вовсе не в бездарности русских генералов и воинских талантах генералов интервентов.
Причина совершенно в другом – в военно-техническом превосходстве противника. У русских ружья были гладкоствольные, а у интервентов – поголовно нарезные штуцера, бившие впятеро дальше. Штуцера были и в русской армии, но очень мало. Русские все же одержали несколько побед, правда, не таких крупных, как понесенные поражения, – главным образом тогда, когда им удавалось сойтись в штыковую, тут уж русскому солдату равных не было.
