Из-за шума воздушного боя было не слышно звуков автомобильного мотора.
Не снимая с плеч плащ-палатки, которая помогала мне сливаться с окружающим ландшафтом, я двинулся к мельнице по узкой полосе между кустарником и зарослями камыша. До разрушенного строения я добрался за несколько минут. Сняв плащ-палатку, я свернул ее и сунул под лавку, но так, чтобы она была видна входящему. Сам отошел к сараю и, держа в левой руке автомат, в правую взял ТТ. В такой ситуации, если дело дойдет до скоротечного огневого контакта, с пистолетом будет проще действовать между сараем, навесом, сломанным колесом и самой мельницей.
С автоматом будет не развернуться.
Незнакомец появился довольно быстро. Это был он, тот самый, кого я у видел издалека. Брезентовый длинный плащ, кепка, надвинутая на глаза, воротник рубашки-косоворотки расстегнут, две пуговицы сверху оторваны. Под плащом угадывался старенький мятый пиджак и еще что-то. Скорее всего, там у мужчины был «шмайсер». Лицо этого человека мне понравилось.
Спокойное, уверенное. Такой не станет паниковать в любой ситуации. Умрет, если придется, но сделает это спокойно, приняв все меры, чтобы выжить. А если не получится… А если это не он?
Размышлять было некогда, потому что мужчина подошел к мельнице и заглянул в дверь. Мою свернутую плащ-палатку было хорошо видно, и она там, зеленая, не особенно выгоревшая, была инородным телом, в этом месте запустения, пыли и паутины. Я громко произнес по-немецки условную фразу. Мужчина даже не вздрогнул и не сразу обернулся.
Но когда он все же повернул ко мне лицо, а потом и повернулся всем телом, я увидел в его ладони пистолет. Вообще-то он мог спокойно выстрелить в меня через плащ и не оборачиваясь. Неуютно как-то осознавать, что я сейчас сильно рисковал из-за своей самонадеянности. Ответив условной фразой, он осмотрел меня с ног до головы и неторопливо, без суеты засунул «вальтер» спереди за ремень брюк.
– Ну, здравствуйте, – сказал он чисто по-русски, но с заметным акцентом.
– Честно говоря, я не особенно надеялся, что нам удастся встретиться. Обстановка на этом участке меняется несколько раз в день.
– Нам надо спешить, – кивнул я. – Пока путь свободен, надо ехать. У нас здесь машина."
"Спрашивать Бельца про документы я не стал. Какой смысл? Приедем в особый отдел, там и посмотрим, что он принес и как это сохранить и переправить в Москву. Вместе с перебежчиком, естественно. Немец кивнул и пошел рядом со мной к лесу.
