– Это, конечно, приятно, что он так нам доверяет, верит в нас, надеется на нас, – тихо сказал Михаил. – Но нянчиться с ним – большая тягость и роскошь сейчас для нас.
Я взял с сиденья пакет с документами, который вынес к нам офицер абвера Вилли Бельц, и взвесил его в руке.
– Я понимаю, Михаил, ценность этого пакета и ценность вот этого узла со скрипками прошлого века несоизмерима. Но ведь это ценность однодневная! – Я с укором посмотрел на Сосновского, который вздохнул и устало откинулся на спинку сиденья.
– Это сейчас, на этом этапе войны, именно сегодня для страны важнее пакет с секретными документами абвера. А завтра, а через месяц, год, десять лет? Тогда нам будет плевать на все это и на весь абвер, от которого только пшик останется. Тогда только фронтовики будут рассказывать о боях молодому восторженному поколению. И нам придется прилагать усилия не только для того, чтобы сохранить в памяти народа воспоминания об этой страшной войне и нашей Великой Победе в ней. Нет, нам еще придется думать о культуре, культурном наследии, нашей истории! И тогда мы очень горько пожалеем, что в свое время, еще в сорок первом году, не спасли эти скрипки, которые так самоотверженно спасал музыкант, обычный музыкант! Нет уж, Миша, давай спасать все.
Ведь зачем тогда нам воевать, умирать, если мы не сохраним нашу страну, историю, культуру. Ведь все, что мы делаем, это ради Родины и нашего народа.
– А я разве спорю, – тихо ответил Сосновский и взял пакет с документами.
В тишине предрассветного леса, где каждый шорох мог быть услышан за сотни метров, мы молчали и думали об одном и том же.
Я знал, что Михаил думает так же, как и я, не мог он думать иначе. Сосновский был разведчиком-закордонником, и ему было что сейчас вспомнить, что оценить. Я знал, что он сейчас тихо перебирал страницы своей памяти. Как разведчик, посланный в самое логово врага, он ежедневно сталкивался со смертью и нелепостью войны. В его работе всегда на кону стояли судьбы миллионов людей, будущее его страны, но в этот момент перед ним лежали два предмета, символизировавшие два полюса его миссии.
Это небольшой сверток с секретными материалами абвера, вынесенными немецким разведчиком для нас. Его содержание – бесценная информация, которая могла спасти множество жизней и приблизить долгожданную победу. В другом свертке, заботливо укутанные одеялом, лежали старинные скрипки, изготовленные великим русским мастером, которого при жизни называли русским Страдивари.
