И совершенно неважен размер этого самого «неуспева», то ли доля секунды, то ли год.
Я попытался выскочить наружу, но в глаза ударил яркий свет фонаря и кто-то, хекнув от усердия, приложил мне сзади чем-то тяжелым. В последний момент я успел немного дернуть головой, поэтому удар пришелся немного вскользь и получился не тяжелый нокаут, а просто нокаут. Как будто одновременно выключились свет и звук.
Немного пришел в себя, когда ударился головой обо что-то твердое, в аккурат тем местом, куда меня двинули до того.
Открыл глаза, в уши ворвались чудные звуки:
— «Вези меня, извозчик по гулкой мостовой,
А если я усну…».
Где я, черт? Кругом темно, орет музыка, я куда-то еду, вернее, меня везут. Машина еще раз подпрыгнула, и я начал приходить в себя. Где-где, в багажнике, естественно. Лежу на боку спиной к салону, руки скованы наручниками за спиной, рот заклеен, на голове какая-то тряпка. Прямо, как много лет назад, когда я скрывался от призыва и трудился в одной интересной структуре в Москве.
Доводилось, знаете ли, не только паковать в багажник других, но и пару раз прокатиться самому. Машину еще раз тряхнуло. Неужели? Неужели клиент просек что к чему, и начал действовать? Чушь какая-то, если так, он мог побрать нас с Кирой прямо у себя в офисе. И потом, при всем моем неуважении к паркетному супермену Васе, как-то уж больно тупо со мной сработали, даже толком не обыскали, лежу вот на боку, и в бедро мне упирается собственный складной ножик.
— Приходите в мой дом, мои двери открыты… — затянул приятный с хрипотцой голос, к владельцу которого однажды пришли на дом.
Я перевернулся на спину и, пыхтя от натуги, начал упражнение. Немного мешал отросший животик, но, слава богу, от регулярного употребления спиртного, не становятся длиннее ноги, а потому, что-то стало получаться. Не успела закончиться песня, как скованные руки поменяли положение.
Машина запрыгала на кочках, я понял, что она съехала на грунтовку и времени на личную жизнь остается с гулькин хрен.
Достал ножик, немеющей рукой раскрыл нужное лезвие, с великим трудом из-за всей этой тряски вогнал лезвие в замок. Браслет на левой руке щелкнул и раскрылся. Быстренько размял руку и продолжил.
— …Если что-то не так, вы простите меня… — попросил главный пацанский певец и замолчал. Машина остановилась, мотор смолк.
— Пойду отолью, а ты лоха вытаскивай, — значит, их в тачке всего двое. Это радует.
Багажник открылся.
