Это не была большая потеря, так что прибереги свое сочувствие для других. Это был первый раз, когда их действия пошли мне на пользу.
Я не знала, как реагировать.
– Так что о деньгах не беспокойся.
Он повернулся и вышел из кухни.
– Я пойду в душ, потом закажу ужин. На столе я оставил для тебя список – просмотри его. Когда вернусь, поговорим. Нам нужно со всем этим разобраться.
– Нам предстоит работа над имиджем?
– Угадала. Найди на стеллаже хорошую бутылку красного. Полагаю, оно мне понадобится.
– Он снова ухмыльнулся. – Если при виде бутылки чувствуешь, что вино хорошее, значит, так оно и есть.
На этой приятной ноте он развернулся и ушел, а я продолжала смотреть ему вслед.
Ричард
Когда я вернулся, Кэтрин сидела на одном из барных стульев. Рядом стояла открытая бутылка, и она потягивала вино из бокала, изучая лежащие перед ней бумаги. Я сделал глубокий вдох и направился к ней. Я принес ее список, чтобы мы смогли обсудить детали. За этот вечер нам предстояло вспомнить как можно больше эпизодов из нашей жизни, чтобы успешно блефовать на завтрашнем мероприятии.
Мы должны были убедить Грэма, что мы пара. Я знал, что вечер будет долгим.
Я все еще был напряжен после недавнего разговора – это происходило каждый раз, когда я упоминал о своих родителях, даже если и в двух словах. Я ненавидел вспоминать о них и своем прошлом.
Кэтрин смотрела на меня своими ясными глазами. Ее волосы падали на плечи, и я не мог не заметить, как подходит к ее бледной коже и яркому оттенку волос красный цвет.
Я молча налил бокал вина и сел рядом с ней, вытесняя из головы эти странные мысли.
– Скоро будет ужин. Я заказал тебе каннеллони. Надеюсь, понравится.
Она кивнула.
– Одно из моих любимых блюд.
Я с ухмылкой поднял свой список.
– Знаю.
Я сделал глоток вина, наслаждаясь вкусом. Она выбрала одно из моих любимых.
– Ну что, начнем? – предложил я, постучав по бумагам на барной стойке.
* * *Несколько часов спустя я плеснул в бокал остатки вина.
Это был мучительный вечер, и я чувствовал себя изможденным. Я никогда не говорил о своем прошлом и не раскрывал подробностей личной жизни. К счастью, поскольку у нас было много вопросов, мне не пришлось чересчур углубляться в отдельные темы. Она знала, что я единственный ребенок в семье, что мои родители умерли, а также все важные факты: где я ходил в школу, мои любимые занятия, цвета, еда, что мне нравилось, а что нет.
