В ожидании звонка от Большакова Лида побрела в сторону круглосуточного супермаркета. Она сама не знала зачем. Не у подъезда же стоять, холодно. В супермаркете она бесцельно побродила мимо полок с молочными продуктами, раздумывая о том, какие йогурты из имеющихся в продаже любит Лиза. Выбор был так себе, совсем маленький. Лида в очередной раз подумала о том, что город, в котором они все оказались по воле рока, очень мало приспособлен для жизни, особенно детской.
В хозяйственном отделе она неожиданно для самой себя купила моток нейлоновой бечевки и топорик для разделки мяса.
Засунув странную покупку в недра своей большой бесформенной сумки, в которой хранилось всего понемногу, она почувствовала себя увереннее. И в обычной ситуации тяжелая сумка стала совсем неподъемной, но ее тяжесть давала иллюзию безопасности. Случись что, и Лида сможет за себя постоять, и не за себя тоже.
Большаков перезвонил не через пятнадцать минут, а через полчаса, когда Лида, уже выучившая наизусть все ценники на продукты и пластмассовые тазики, стала придумывать другие варианты, как ей раздобыть телефон Селезнева.
— Записывайте, — коротко сказал он.
Покопавшись в сумке, Лида выудила ручку и чью-то историю болезни. Она вечно таскала истории с собой, чтобы заполнить дома, когда ее не отвлекают пациенты. Но в последнее время ее отвлекало что-то иное, так что медицинские документы в сумке не переводились.
— Диктуйте, я записываю, — сообщила она.
Было уже почти девять часов вечера, но Лида не испытывала ни малейшего смущения от позднего звонка практически незнакомому человеку.
Селезнев ответил сразу, выслушал Лиду спокойно и без эмоций, коротко спросил, где она находится.
— Я в супермаркете на Советском проспекте. Скажите, вы поедете к Ивану? Я знаю, ему грозит опасность.
— Да, конечно, поеду. Вот дурачок, и чего ему дома не сидится, — скорее добродушно, чем с тревогой, сказал ее собеседник. — И если я хоть что-то понимаю в жизни, то в следующих строках своего письма вы попросите, чтобы я взял вас с собой.
— Да, хотела попросить, — призналась Лида. — Вы ведь меня возьмете?
— Возьму, если вы дадите мне честное слово, что будете во всем меня слушаться. В то, что Ивану грозит опасность, я не верю, но вот наломать дров он вполне может, так что поехали. В наших общих делах вы уже доказали, что можете проявлять выдержку и бойцовский характер, поэтому я возьму вас с собой. Но все мои команды выполнять беспрекословно. Идет?
— Идет, — согласилась Лида.
