— Домой!
— А родители где?
— Они после… Домой! — прыгнула в санки, натянула на голову полсть и уже оттуда, глухо, едва слышно, повторила: — Домой!
Филипыч оглянулся, пожал плечами и тронул коня с места.
Дома Тонечка упала на теплое плечо Фроси, открывшей ей двери, и зарыдала.
2— Позвольте, Сергей Ипполитович, задержать вас на малое время для приватной беседы. Простите великодушно, но дело срочное…
— Мне некогда, — резко ответил Шалагин, сердито глядя Гречману в переносицу.
— Дело касается вашей дочери и принимает, надо заметить, очень серьезный оборот.
— Гречман прижимал широкую ладонь к выпуклой груди, туго обтянутой шинелью, и смотрел на Шалагина почти просительно, даже пышные усы обвисли. Но глаза оставались холодными.
Он задержал Сергея Ипполитовича на выходе из гимназии, где тот вместе с супругой долго разыскивал дочь, пока не выяснилось, что она уехала. Любовь Алексеевна, наняв извозчика, поспешила домой, а обеспокоенный Сергей Ипполитович имел еще долгую беседу с директрисой гимназии, которая, время от времени шлепая пухлыми ладонями, успокаивала его:
— Не извольте тревожиться, Тонечка, знаете ли, девушка впечатлительная, да и все они в этом возрасте слегка экзальтированы, все принимают близко к сердцу… Я думаю, что не стоит проявлять большой тревоги…
И почти успокоила.
Сергей Ипполитович вышел из гимназии, и тут ему заступил дорогу Гречман, за спиной которого безмолвно маячил румяными щеками-яблоками Балабанов.
— Вы что, в участок меня повезете?
— Да боже упаси! Сергей Ипполитович! Как вы могли подумать! Давайте вот пройдемся по улице и поговорим.
— Чуть повернул голову и через плечо кратко приказал Балабанову: — Отстань!
Тот вытянулся и замер.
Сергей Ипполитович молча пошел по чисто разметенной от снега улице. Шаги его поскрипывали резко, отрывисто. Гречман, на полшага отстав, ступал за ним почти беззвучно.
— Я слушаю вас. Что за дело, которое касается моей дочери?
— Дело, господин Шалагин, — просительный тон в голосе Гречмана сразу исчез, — очень даже необычное.
В городе орудует разбойничья шайка. Орудует нагло, дерзко и, надо признаться, не без успеха. У нас есть все основания предполагать, что ваша дочь что-то знает об этой шайке, но скрывает…
— Вы даете себе отчет, — перебил его Сергей Ипполитович, — о том, что говорите?!
— Вполне, господин Шалагин. Наберитесь терпения. Итак, сначала ваша дочь пропала почти на целые сутки и находилась все это время с известным конокрадом по кличке Вася-Конь.
