Как ты оказался в Риме?
– Что? Я тебя не слышу...
– Я спросила, почему ты в Риме?
– Я здесь по делу Салко. Но в эти выходные я смогу навестить Пилар.
– Передай ей от меня привет.
Динна сидела на кровати, не зажигая света. Чтобы Марк ее расслышал, ей приходилось кричать.
– Я тебя не слышу!
– Я сказала, передай ей привет и скажи, что я ее люблю!
– Хорошо. Непременно. Тебе хватает денег?
– Да, хватает.
Некоторое время в трубке был слышен только треск, потом Динна расслышала голос, но разобрать слова было невозможно.
– Я тебя люблю!
По какой-то необъяснимой причине Динна испытала острую потребность сказать Марку эти слова и услышать от него в ответ то же самое. Ей нужно было почувствовать связь с ним, но Марк, казалось, был бесконечно далек.
– Марк, я тебя люблю!
Сама не зная почему Динна вдруг заплакала. Ей очень хотелось, чтобы Марк ее услышал, и хотелось услышать его ответное признание.
– Я тебя люблю!
– Что?
Связь оборвалась.
Динна быстро набрала номер международного оператора и попросила соединить ее с Римом.
Однако дозвониться до отеля «Хасслер» удалось только через двадцать минут. Наконец в трубке послышалось быстрое: «Pronto»[4]. Динна попросила портье соединить ее с номером синьора Дюра. В трубке раздались гудки, но никто не отвечал. В Риме было уже десять утра. Наконец Динна снова услышала голос портье:
– К сожалению, синьор Дюра уже ушел.
Динна вернулась в кровать и стала вспоминать вечер с Беном.
Глава 7
Марк-Эдуард Дюра неторопливо шел по виа Венето в Риме, посматривая на витрины магазинов и иногда бросая восхищенный взгляд на очередную проходящую красотку.
Стоял прекрасный солнечный день, многие женщины были в топиках на тонких бретельках и белых юбках, льнувших к стройным ногам, босоножки на босу ногу позволяли видеть пальцы на ногах с красным лаком на ногтях. Марк шел, зажав под мышкой портфель, и улыбался своим мыслям. Приезжать в Рим на столь короткое время было не очень-то практично, но он рассудил: почему бы и нет? Тем более он пообещал. Пообещал. Иногда Марк сам удивлялся, как легко с его губ слетают обещания, но что сделано, то сделано.
Он остановился у перехода, пережидая стремительный поток машин. Казалось, автомобили неслись со всех сторон одновременно, распугивая бедных пешеходов. В неподвижной фигуре Марка-Эдуарда, облаченной в безукоризненно сшитый костюм, было нечто аристократическое. Он увидел, что на противоположной стороне улицы какая-то пожилая дама помахала зонтиком от солнца и сделала неприличный жест.