Болеслав перебрался между спинками на заднее сиденье и раскрыв кейс, извлек из него ноутбук. Быстро извлек из него боковину, вытащил разъем и подсоединил к нему хард диск. Нина, положив руки на верх спинки, следила за своим любовником. Компьютер молниеносно совершал операции, копируя с хард диска на хард диск один файл за другим.
— Все, он мне больше не нужен, — усмехнулся Болеслав, отсоединив коробочку, и возвращая ее женщине."
"Той не верилось, что все прошло так быстро и легко, если не считать, конечно, завтрашнего возвращения хард диска.
Но она не волновалась. Если удалось незаметно его снять, так же незаметно удастся поставить на место. Она бы никогда не согласилась что-нибудь украсть, но странным образом устроен человеческий разум. Информация стоит огромных денег, иногда куда больших, чем вещи вполне материальные, а женщина утешала себя тем, что она вроде бы ничего не крала, поставит завтра на место то, что взяла сегодня. И там не убудет ни грамма.
— Поедем ко мне? — спросила Нина, пряча бумажный пакетик размером с пудреницу в дамскую сумочку.
— Извини, я сегодня должен поработать, — стараясь говорить как можно теплее, отвечал Болеслав.
— Но послезавтра я уже не смогу, — краснея, сказала Нина.
Она врала, но ей хотелось близости именно сейчас.
Ведь она выполнила просьбу и вполне могла рассчитывать на вознаграждение.
— Давай здесь, — предложил Новицкий, — потому что у меня совсем мало времени.
— Здесь? — изумилась женщина, глядя на пешеходов, идущих по улице.
— А что такого? — усмехнулся Болеслав.
— Машина стоит чуть в стороне, стекла затемненные. И если мы не станем включать свет, нас никто не заметит.
Тротуар от стоянки был отгорожен небольшим недавно вскопанным газоном и двумя рядами молодых лип.
— Ну что же ты? Иди!
Нина Иванова колебалась. С одной стороны, ей хотелось заняться любовью немедленно, с другой — стыд сковывал желание. Кровь прилила к ее лицу и она, сбивчиво объясняя, что ей неудобно, что она еще никогда прежде так не поступала, перебралась на заднее сиденье.
И снова повторилось почти так же, как было накануне в ее квартире. Мужчина сидел, она же устроилась сверху, но на этот раз спиной к Болеславу.
— Не бойся, не бойся, — шептал Новицкий, — никто не видит что происходит внизу. Нас прикрывают спинки сидений, дверцы.
Нина ощущала, что недозволенность происходящего лишь возбуждает ее. Ей даже хотелось, чтобы кто-нибудь из пешеходов обратил на них внимание, пусть задержался бы, подошел поближе к машине.
