У этого же, слова звучали странно — нельзя было выделить какие-то специфические черты.
Ответа мужчина не дождался — чуть взмахнул рукой и в следующий момент Стефан осознал себя сползающим по стене, в которую впечатался после столкновения с непонятной ударной волной.
Левее распростёрся Юрген, которому пришлось куда хуже — череп бойца был расколот, что намекало на несовместимые с жизнью последствия. Справа были видны судорожно подёргивающиеся ноги Карла, движения которых напоминали не раз виденные предсмертные конвульсии.
Автомат висел на правой руке и Стефан попробовал было подтянуть оружие, но тут брюнет шагнул вперёд, пристально в него всматриваясь.
— Ты кто такой, парень? Кто тебя обучил? Откуда защита?
Правую руку командира звена, вместе с оружием прижало к стене. Всё это напоминало фокусы Одарённых. Только вот ни один из защитных артефактов на действия противника никак не реагировал. Да и сигнальный браслет, который должен был от настолько близкого присутствия наделённого силой врага, буквально раскалиться, оставался холодным.
Брюнет приблизился, не отрывая взгляда от лица Стефана и как будто что-то высматривая. Крики на первом этаже, которые говорили о близости потенциального подкрепления, его похоже совсем не беспокоили.
— Как такое могло случиться? Неужели природный уникум? Или потомок кого-то из предателей?
Странный тип разговаривал сам с собой, а прижатый к стене поляк отчаянно пытался сдвинуться с места. Дико хотелось прикончить ублюдка, который хладнокровно убил четверых его людей.
Может те были и не самыми лучшими представителями человечества, но несколько лет совместной работы сблизили достаточно, чтобы испытывать злость из-за их гибели.
Стефан не думал, что у него что-то получится. Если враг — странный Одарённый, то дёргаться бесполезно. Но остановиться не мог — инстинкты были сильнее. И здорово удивился, когда неожиданно смог пошевелить левой рукой. Изумился ещё больше, осознав, что та полностью свободна.
Брюнет всё же бросил взгляд в сторону коридора и чуть отступил назад. Вот же грязный шайскерль! Постаравшись удержать левую конечность в прежней позиции, штурмовик принялся выдавливать из себя слова.
— Мать рассказывала о прошлом и предках. Много интересного.
Громкость голоса он специально понизил до шёпота. Да и хрипотцы добавил — пусть думает, что речь даётся с трудом.
Холодный взгляд неизвестного вернулся на лицо Стефана.
— Ещё и говоришь. Надо же.
