В подразделениях иногда держали про запас, на «чёрный день», трофейные консервы. Но это в основном танкисты, самоходчики, автомобилисты и артиллеристы. А пехоте куда таскать за собой НЗ? Его или вмиг съедят, чтобы лишнюю тяжесть не носить, или обменяют на что-либо – ту же чистую нательную рубаху или трофейные сапоги.
После завтрака работа пошла веселее. Часа за два нагрузили «Студебекер», когда на станцию с вагоном прибыли все сапёры и отделение автоматчиков. Сергей едва не позеленел от злости.
– Почему самовольно оставили склад? Да я вас всех под трибунал… – он схватился за кобуру.
Негодованию Сергея не было границ. Но краснолицый старшина сапёров тут же прояснил ситуацию.
– Товарищ майор! Склад заливает водой. Подступает быстро, за полчаса – по середину голенища. Мы сначала решили, что канализацию где-то прорвало – так запаха нет. Вот и подумали: в туннеле уклон, его быстрее всего зальёт, не выберемся тогда.
Вода в метро – дело серьёзное.
Сергей спустился на рельсы. Из тёмного чрева туннеля раздавался глухой шум, очень похожий на далёкий шум идущего поезда.
Потом показалась вода. Поток её становился всё сильнее. Грязная вода несла щепки, бумагу, пустые ящики и бутылки – весь мусор, что скопился в туннеле.
Сергей выбрался на платформу.
– Молодец, старшина! Людей увёл – это главное. А ценности из подземного склада, да ещё и под водой, никто теперь не заберёт.
Сергей забрался в танк и по танковой рации сообщил в дивизию обстановку. Там вначале не поняли.
– Какая вода? Колесников, ты что, пьян?
– Никак нет.
Вода заполнила туннель, солдаты едва успели выбраться."
"Сергея выматерили и приказали прибыть в дивизионный отдел СМЕРШа. По прибытии ему учинили разнос с битьём кулаком по столу и обещаниями разжаловать до рядового.
– У тебя что, солдаты ночью дрыхли?
– Спали, товарищ подполковник. Весь день ящики грузили да на вагоне по рельсам вручную возили. А ещё охрана на них была, да сутки не евши.
– Ты меня на жалость не бери! Пиши рапорт, как всё произошло.
Ну, рапорт писать не впервой. Сергей подробно отписал злоключения.
Пару дней его не трогали; он же томился неведением, ожидая наказания. Потом вызвали в отдел.
– Переусердствовали мы с тобой. Немцы, оказывается, канал взорвали над линией метро, и всё метро затопили. У тебя хоть люди спаслись, а на других станциях и в туннелях многочисленные жертвы есть – как среди мирных жителей, так и среди наших военнослужащих. Ничего, никуда от нас эти ценности не денутся.
