С разных сторон раздавалась стрельба, пули иногда били по зданию станции, но огонь был неприцельный, скорее всего залетали шальные пули. И невозможно было понять, где наши, где немцы? Куда идти? Ведь надо искать свою пехоту, радиста – чтобы сообщить, куда направлять грузовики. Похоже, станция метро оказалась между воюющими сторонами.
Слева, метрах в ста, мелькнуло несколько фигур в шинелях и телогрейках. «Наши!» – обрадовался Сергей. Немцы телогреек не носили, на них либо шинели, либо кителя.
Перебежками Сергей подобрался к русской пехоте, нашёл командира роты.
– Рация есть?
– Есть. Радиста ко мне!
В бою радист и санитары были обычно недалеко от командира подразделения.
Радистом оказался щупленький молодой солдат. Рация была ему явно тяжела.
– Передашь, что товарищ майор скажет.
– Есть! – радист включил рацию.
В эфире царил хаос. Смешивались на одних волнах немецкая и русская речь, прорывалась музыка. Прямо конец света!
С трудом радисту удалось выйти на связь с дивизией, а Сергею – передать сообщение о грузе, находящемся на станции.
– Обеспечь охрану, попытаемся подойти.
Тем не менее часа через два к станции метро прогромыхали гусеницами два танка «Т-34» и четыре «ЗИС-5» со взводом солдат.
Все ящики, даже с грузом от первого вагона, не вошли. Груз не возвышался над бортами грузовиков, но рессоры просели, а водители, глядя на покрышки, запричитали:
– Хорош грузить! А то мы не доедем, баллоны полопаются!
Один танк уехал с колонной и прибывавшими солдатами, второй остался у станции.
Сергей перевёл дух.
Глава 9
Берлин"
"Вторым рейсом пришло уже десять «Студебекеров» и два взвода автоматчиков. Видимо, в штабе дивизии вскрыли ящики и поняли ценность груза.
Сергей оставил один взвод на охрану станции и переноску ящиков с перрона к грузовикам. Второй взвод разгружал вагон. Сапёры теперь только грузили ящики в боковом туннеле, и дело пошло быстрее. До вечера они успели отправить гружёные «Студебекеры» назад.
Поскольку наши войска уже продвинулись дальше станции, Сергей распорядился, чтобы местные жители шли домой.
– Гельмут, переведи, пусть идут по домам. Бомбёжек больше не будет, в домах их никто не тронет.
Жители, нагрузившись скарбом, с неохотой покинули станцию. Всё-таки наверху постреливали, а подземелье станции вселяло уверенность в защите. Сергей тогда ещё не знал, что фактически он спас этих людей от смерти.
Ночь провели в тревожном ожидании. Автоматчики караулили входы на станцию и оба туннеля – могли прорваться немцы.
