Если такая возможность есть сейчас, то экипаж ждет прямо здесь за углом.
Надо же. Я кивнул головой в знак согласия, и мы с чиновником пошли к экипажу.
Я действительно влез в историю. Был ноябрь 1905 года, в нормальное время П. А. Столыпин в это время был еще губернатором, и только в апреле будущего года он стал бы министром внутренних дел, в 8 июля того же года - председателем Совета министров с сохранением поста министра внутренних дел.
Петр Аркадьевич встретил меня вежливо. Как это вежливо? Да так же как встречаются все нормальные и культурные люди.
Он вышел из-за стола, встретил меня, пожал руку и предложил сесть в кресло.
- Отец Петр, - сказал он, - я много наслышан о вас, о ваших способностях и о вашем предвидении истории. Кое-кто в пьяном виде утверждал, что вы даже предсказали гибель всей царской династии и что вы являетесь злейшим врагом царствующего дома и всей России. Я так же знаю, что моему неожиданному назначению на столь высокий пост явилась ваша протекция. И что главное - фамилия ваша - Распутин.
Я держу под особым контролем деятельность министерства внутренних дел и мне рассказали о вас много прелюбопытных фактов. Одного Распутина, пришедшего без приглашения, я уже выпроводил из этого кабинета, вас же я пригласил для того, чтобы узнать вашу оценку происходящего и, возможно, вместе с вами подумать, что же нас ждет дальше.
- Ваше превосходительство, - начал я, но Столыпин перебил, - называйте меня по имени и отчеству - Петр Аркадьевич.
- Хорошо, - продолжил я, - Петр Аркадьевич, я уже понял, что дебошир, пьяница и бабник Григорий Распутин кем-то рекомендован царской семье как чудодей и прорицатель, охраняющий монархию от гибели.
И царская семья прониклась к нему особым доверием, сообщив все, что я по доброте душевной сообщил им. Разрешите сначала сказать мне и не задавать вопросов по ходу изложения. Потом я постараюсь ответить вам на некоторые вопросы.
Кровавое воскресенье, неудачная война с Японией и экономические трудности вызвали процесс недовольства властью, чем умело воспользовались представители социал-демократических партий, имеющие боевые организации.
Большое количество оружия скопилось в Москве и Петербурге. Созданы рабочие дружины, которые примерно через месяц с оружием в руках выйдут на баррикады против существующего режима. Власть жестоко подавит выступление, что придаст авторитет социал-демократам, сделает их популярными в народе и за границей, как силу, способную поменять власть и государственное устройство в России.
