Хоть вещей у нас было и не много, но вот свертывание лагеря, скрытие следов нашего пребывания здесь потребовало немало сил и времени.
Мы начали обратный путь: вновь перешли реку вброд, вновь двинулись вдоль рощи. Уже на выходе нас вновь подкараулили волки, но застать нас врасплох им не удалось. Перебили, как в тире, без всяких проблем.
Ну, а затем вновь начался скучный процесс добычи шкур. Разве что в этот раз мне помогал Литвин — я ему выделил одного волка. А что, пусть учится. Не все же мне одному корячиться?"
"Ближе к обеду мы справились.
Тащить шкуры в город я поленился, поэтому Шендр аккуратно свернул все четыре шкуры и закрепил на ветке, метрах на четырех от земли на приметном дубе (или как тут это дерево называть?). Хотя, к чему гадать, дерево было очень похоже на земной аналог, как по форме листьев, так и плодами — вполне себе обычные орехи, разве что раза в полтора больше привычных. А еще цвет листьев был иной — скорее оранжевый, чем желтый или красный. Впрочем, таких оставалось немного, в большинстве своем дерево успело сбросить листву и вся она покрывала землю под раскидистыми ветвями.
Мы решили, что сейчас тащить в город необработанные шкуры не имеет смысла. Сдать их за бесценок — это глупо, когда за обработанные можно будет получить гораздо больше. Ну, а если мы все же, по каким-то причинам не будем обрабатывать шкуры в дальнейшем, то эти трофеи заберем со следующего рейда. Думаю, не испортятся за такое время.
Мы продолжили путь и почти добрались до города. Однако, когда я уже отчетливо видел стены Речного, на нашем пути появилась группа людей, идущая в нашу сторону.
Пока до них было далеко, я достал дальномер и поднес к глазам.
— Черт!
— Что там? — спросил Шендр.
— Опять Чистильщики! — ответил я и снова взглянул в дальномер. — Нет, никакой ошибки быть не может — я отчетливо видел красные кресты на одежде.
— Санитары леса, мать их! — пробурчал Литвин.
— Надевайте капюшоны! Мик! Ты иди позади нас.
Мы перестроились — впереди шли налегке Шендр и Литвин, ну а я пер весь груз, как и положено уважаемой «кукле».
Когда мы с Чистильщиками почти поравнялись, они вдруг остановились, отступили к обочине по обе стороны, словно пропуская нас.
Мы, не останавливаясь, двинулись вперед.
— Эй, вы! — окликнул нас один из Чистильщиков, здоровенный лоб лет 20 на вид.
Мы молча двигались вперед.
— Вы что, глухие?
— Что надо? — Шендр остановился и уставился на говорящего.
— Поговорить надо.
— Нам с вами не о чем говорить.
