— Сейчас, здесь, в тылу врага. Перед строем солдат, которых ты своим ""нейтралитетом"" ежедневно предаешь».
Андрей мог бы высказать ему все это и вслух. Но многие месяцы, проведенные в тылу врага — встречи с людьми, судьбы которых не укладывались ни в какие известные ему довоенные рамки бытия, опыт общения со многими заблудшими, оказавшимися, кто в добровольном плену, кто в полицаях, а кто в подвале у христоподаянной сельской тетки, — приучили его к терпению и дипломатичности. Тем более что он понимал: когда руки лежат на оружии, горячиться не стоит.
— Просто я хочу знать, с кем имею дело.
— Так вот же я весь перед тобой, — радушно развел руками, в каждой из которых подрагивали кружки с коньком, Отшельник. — И все тут со мной ясно. А выпьешь — ещё больше прояснится."
"— Человек ты, вижу, не из трусливых, поэтому скажи честно и прямо. Чтобы не приходилось наводить о тебе справки через местных молодок. Я этого, как ты уже понял, не терплю.
— Да плевать мне на твои справки, новоиспеченный капитан.
«Новоиспеченный», — отметил про себя Беркут. Значит, информация самая свежая. Однако тон, которым Отшельник произнес эти слова, нисколько не смутил его. Приходилось слышать и не такое. — И вообще, можешь идти к чертям вместе со своими зачиханными парашютистами. Увидим, долго ли они здесь навоюют.
— Ты сказал, что знаешь, как партизанили ребята из моего отряда. Почему считаешь, что парашютисты будут сражаться хуже их? И вообще, умерь свой пыл. Я пришел, чтобы поговорить с тобой по-человечески.
Вот и веди себя соответственно. Тем более что лицо твое мне почему-то кажется очень знакомым.
— Того и гляди, брататься начнем.
— И фигура у тебя приметная. Где-то я видел тебя, Отшельник, где-то видел… — уже совсем умиротворенно повторил Беркут. — Может, на Днестре? Там, на Днестре, были доты. Я был комендантом одного из них, 120‑го, «Беркута».
Отшельник чокнулся кружкой о кружку Беркута, выпил и, не приглашая капитана последовать его примеру, принялся за еду.
Андрей тоже отпил.
— Да, что-то не очень крепкое твое питье, и действительно с каким-то клоповьим привкусом.
Он взял самую маленькую картошину, очистил, съел и поблагодарил за угощение. Тем временем Отшельник сосредоточенно жевал, всем своим поведением демонстрируя полное безразличие к тому, что делает и говорит этот непрошеный гость.
— Мои ребята тоже готовят ужин. Картошки нет, зато есть тушенка и немного крупы. Несколько глотков водки найдется.
