Есть!
Обернул государев палец чистой тряпицей, подал Петру отвар:
— Пей.
Царь глубоко вдохнул, залпом осушил кубок, сунул его обратно Брюсу, выпучил глаза и с шипением выдохнул воздух сквозь зубы. Яков Вилимович немедленно протянул ему обычный стакан с водой. Пётр ополовинил стакан, потряс головой.
— Ф-фу… — произнёс сдавленным голосом. — Какая мерзость всё-таки.
— Сейчас станет легче, — заверил Брюс.
— Знаю.
В молчании посидели с минуту.
— О, — сказал Пётр. — Кажется, пошло.
— Начинаем."
"Брюс всегда пользовался старым шаманским бубном, доставленным в столицу донскими казаками откуда-то с далёкого пресного моря Байкал. Бубен помогал держать ритм, но, в общем-то, при должном умении можно было обходиться и без него. Брюс давно умел, но всё равно брал бубен. С ним было проще и надёжнее.
Джинь… джинь… джинь… Ритм… ритм… ритм… Раз… раз… раз… Сердце… сердце… сердце… Джинь… джинь… джинь…
— Повторяй за мной, Пётр Алексеевич.
Fiat firmamentum in medio aquanim.
— Fiat firmamentum in medio aquanim, — глухо повторил Пётр.
Джинь… джинь… джинь…
— Еt separet aquas ab aquis.
— Еt separet aquas ab aquis…
Ритм… ритм… ритм…
— Quae superius sicut quae inferius.
— Quae superius sicut quae inferius… — голос императора был негромок, но твёрд.
Раз… раз… раз…
— Еt quae iuferius sicut quae superius.
— Еt quae iuferius sicut quae superius…
Сердце… сердце… сердце…
— Аd perpetranda miracula rei unius!
— … rei unius, — эхом повторил царь.
Джинь… джинь… джинь…
Брюс не видел того, что было доступно взору Петра, и не слышал того, что слышал тот. Задача шамана, колдуна, заклинателя, мага — правильно сказать заклинание, удержать ритм, не дать видящему выскользнуть из нужного состояния.
Работка та ещё. И, что хуже всего, никогда не знаешь заранее, выйдет она у тебя или нет. Малейший сбой в настроении, уход мысли и воли за жёстко очерченную границу, потеря контроля — и, считай, всё насмарку. Нет, что-то обязательно покажется в отражённом лике луны. Но вот логически истолковать видение, извлечь из него практическую пользу будет уже весьма и весьма трудно, а то и вовсе невозможно.
