— Какая-то магия?
— Да! — не понятно чему развеселился мужчина. — Можно сказать и так."
"Мы уже подходили к столовой, когда я обратила внимание на шею Лорана. Сзади и сбоку на ней красовались синяки. Ого! Неужели засосы? Хотя не похоже. Это ж какие губяки должны быть?
— Ой, а что это у тебя за синяки на шее? — удивилась я.
— Это как раз последствия магии пробуждения! — захохотал некромант.
Пробуждения? Неужели и, правда, засосы? Может, у них тут губы магическим ботоксом накачивают? Или делают что-то другое, чтоб, так сказать, увеличивать силу всасывания?
Так мы и зашли в столовую: хохочущий Лоран и я, высчитывающая примерный размер губ с такой площадью покрытия.
Получалась какая-то великанша.
— Всем доброе утро, — задумчиво пробормотала я.
Побратимы уже ждали нас за столом, Раинель снова кинул на меня неопределенный взгляд. Некромант приложил руку к шее и пробормотал заклинание. Видимо, полечился.
— Амран у нас в совершенстве владеет магией пробуждения. Это он мне надавал по шее, — наконец, объяснил Лор происхождение синяков.
К тому времени мы сели за стол.
— Только меня, пожалуйста, не надо так будить, — попросила я.
— Да нет же, — улыбнулся некромант, — это он ради тренировки.
— И что каждое утро Амран тренируется давать по шее?
— Можно и так сказать, — хохотнул Лор, — а мы тренируемся не получать по шее.
— Видно, сегодня у тебя не вышло.
— Что есть, то есть, — посетовал некромант, накладывая кашу себе в тарелку, — а о чем ты подумала? От тебя шло такое недоумение…
Что ему сказать? Ведь идиотская мысль про засосы.
— Ого, а теперь мне стало вдвойне интереснее… — Лоран весело посмотрел на мое лицо.
Вот ведь, холера, он же меня читает! Какой стыд, какая глупость! Побратимы уставились на меня, а я определенно покраснела.
— Ну, расскажи, пожалуйста, — уговаривал некромант, — я же умру от любопытства.
А ладно!
— Просто глупая мысль пришла в голову, — покаялась я, — подумалось, что синяки на шее — это засосы.
Лоран снова расхохотался.
— Это какой должен быть рот, чтобы оставить такие засосы? — всхлипывал он.
Глядя на Лорана, чувствуя по связи его радость, я не выдержала и рассмеялась. Раинель и Амран тоже хохотали, широко улыбался Уорн.
— Знаю, какой рот может оставить такие засосы. — сквозь смех сказал эльф. — Лухыдра!
Рядом с Раинелем соткалась иллюзия размером с ладонь: смесь русалки и болотной жабы, видимо, это и есть лухыдра.
