Чтобы своих накормить и ещё кинуть в топку голодным жадинам, пришедшим с пустыми руками. Ни на одном банкете ни одного такого жадины не бывало. К ночи хозяйки обижались, что их пирожки и запеканки до сих пор не съедены.
– Что за мужчины у нас! Лентяи и бездельники, – ворчали они.
Мужчины ощущали себя шарами, но не сдавались… Мяли и мяли, пирожки и запеканку. Всё напрасно, еда не убывала.
В полночь начинались танцы. Потом песни. Решительно, тот год был самым счастливым в истории острова. Том Ларсен обогнал по популярности мэра и пастора.
Мудрые мысли, сказанные им, цитировали. Жители переходили улицу, чтобы пожать ему руку. Самые преданные предлагали назвать его именем улицу."
"Мэру пришла награда от налоговой инспекции – хрустальная ваза. За рекордную сумму уплаченных налогов. Мэр остервенело бил её молотком, стекло оказалось невероятно прочным. Пришлось выбросить в море.
Пастор благодарил своё руководство за отпущенную острову благодать. Сперва он подозревал Тома в организации секты. Но посетив собрание, успокоился.
Речи Ларсена вполне соответствовали церковным канонам. Самого же священнослужителя приняли с должным пиететом.
Жители вовсю ремонтировали дома, а некоторые возводили новые. На улицах стали встречаться черноволосые люди в строительных робах. Из министерства регионов прислали план развития на двадцать лет вперёд. В плане значились мост и аэропорт. Макеты и диаграммы показывали, центр мира медленно перемещается на остров Муху.
Все ходили смотреть этот план, кроме Тома. Он знал, ничего не будет.
Где лишь камни и вода, рай не построишь. Потом говорили, он всё накаркал. Другие утверждали, что он провидец. Третьи – что Том дружил с северной разведкой, а там всё знали заранее.
Внешне всё было прекрасно. Лакированные грузовики с луной на бортах приезжали за сыром. Сначала раз в неделю, потом ежедневно, потом трижды в день. Островитяне свозили продукцию к хутору Оярса Вимбы, помогали загружать. Смеялись, обменивались планами по расширению. Хвастали, кто какую машину купил.
Лодочка-сыроварня разрослась до размеров Титаника. И где-то для неё вырос персональный айсберг.
В газетах написали коротко. 14-го августа две тысячи четырнадцатого года Великая Северная Империя ввела запрет на ввоз сыра из Тихих стран.
На следующий день Том проснулся поздно. Не спеша приготовил огромный бутерброд. Позавтракал. Походил по двору, съел первое яблоко. Потом поехал на хутор. В пути смотрел по сторонам, будто прощаясь с этими дубами и берёзами.
