Клим и Серафима переглянулись и тут же заинтересованно уставились на нее.
– Они ничего не знают, – быстро проговорила Долмацкая. – Я и вас попрошу ничего им не рассказывать.
– Ах вот оно что, – протянула бабушка Жени. – Тогда понятно…
– Вам что-то известно? – спросила Серафима. – Я знаю, что мой отец отчего-то сильно недолюбливает отца Клима…
– Недолюбливает?! – хохотнул Михаил Шорохов. – Это еще слабо сказано! Да они с Иваном просто ненавидят друг друга!
– Правда? – округлила глаза Алена Александровна. – Что же случилось? Зная Платона… Не завидую его неприятелям.
– Действительно, – вставила Марьяна. – Что между ними произошло? Я хоть и знать не знаю никакого Ивана Поликутина, но все равно интересно.
– Дай бог памяти. – Наталья Васильевна задумчиво уставилась на потолок. – Сколько же лет прошло? Тогда еще старая академия работала. Платон был преподавателем, а Иван – одним из студентов старших групп…
Серафима и Клим даже перестали жевать, настолько внимательно слушали. Тимофей тоже притих. Луиза незаметно кормила пирожком подкравшегося Николаса.
– Скорее выпускником, – вдруг поправил ее Михаил. – Платон недолго работал преподавателем, а Иван в его пору уже точно не учился. Ему тогда уже восемнадцать исполнилось. Помнишь?
– А ведь верно, – согласилась Наталья Васильевна. – Там еще была замешана какая-то женщина.
– Как всегда, – рассмеялась Алена Александровна. – Недаром говорят: «ищите женщину». Во всех неприятностях, как правило, замешаны представительницы слабого пола. Так уж повелось испокон веков.
– Так вы не помните, что случилось? – с сожалением спросила Серафима."
"– Лучше спросить об этом у самого Платона или Ивана, – покачала головой Наталья Васильевна. – Кто ж помнит, что там между ними произошло? Тогда в Клыково много чего творилось, недаром академию закрыли…
– Это было в одно и то же время? – удивился Тимофей.
– Да, все одновременно случилось, – подтвердила Наталья Васильевна. – Ученики погибли, город кишел полицией из Санкт-Эринбурга. Несколько жителей было убито… Страшные времена для Первородных.
Тимофей, Женя и Луиза изумленно уставились на бабушку, затем – испуганно – на Алену Александровну.
– Что? – напряглась та.
– Вам известно о Первородных? – выдохнула Луиза.
– О, я многое знаю, – успокоила ее Сухорукова. – Так что при мне можете не таиться. Знали бы вы, сколько всего мне пришлось пережить, ребятки… Ни одному Первородному и в кошмарном сне не приснится. Именно тогда я и познакомилась с Платоном Евсеевичем.
