Нет, нет, нет…
– Я знал, что ты одумаешься, – усмехнулся Дэймон; его голос звучал все ближе. – Кто тут у тебя?
Съежившись, я попыталась спрятаться за Каем.
– Проваливай, – приказал он, обернувшись через плечо. – Она под запретом.
Я закрыла глаза, молясь про себя и желая стать невидимой. Пожалуйста, уходи. Пожалуйста.
Кай, должно быть, почувствовал, как я дрожу, потому что сжал мои руки в попытке успокоить.
Но тут я ощутила его присутствие.
Он был рядом.
Его испепеляющий взгляд скользнул по моему профилю.
Медленно открыв глаза, я искоса посмотрела вправо, заметив его черную обувь, а когда подняла глаза вверх, увидела Дэймона, стоящего рядом с Каем. Наши взгляды встретились.
На меня накатила тошнота.
Он казался спокойным, но я знала, что это не так. Его рот слегка приоткрылся, челюсти сжались. Жест едва уловимый, но прекрасно мне известный.
Спокойствие было неведомо моему брату. Если он не устроит со мной разборку сейчас, то обязательно сделает это со временем, причем без предупреждения.
Дэймон презрительно усмехнулся, продолжая при– творяться, будто не узнал меня.
– Можно подумать, я буду зря тратить время, – огрызнулся он на Кая. – Она же ходячий кошмар. Ты шутишь, что ли?
Он театрально окинул меня взглядом. Дэймон не изучал мой внешний вид – он и так знал, во что я одевалась каждый день. Все-таки это его старые вещи.
Мой брат играл роль. За пределами дома мне не полагалось показывать, что мы знакомы. Он не хотел, чтобы я заводила друзей, не хотел, чтобы его друзья обращали на меня внимание.
Если бы кто-то знал, что я его сестра, они бы спрашивали, почему я не хожу в школу вместе с ним и не посещаю вечеринки, почему у меня нет такого же хорошего гардероба. Если бы кто-то знал, что Гэбриэл Торренс – мой отец, они бы задавались вопросом, почему ко мне не относятся как к дочери. Слишком длинная история для людей, которым незачем в это вникать.
– Вокруг полно красивых девушек, старик, а ты выбрал единственную, похожую на мальчишку? – Дэймон достал сигарету и постучал ее концом по своему запястью.
– Кто она такая вообще?
– Не твоего ума дело, – выпалил Кай, – не веди себя как мудак.
– Расслабься. – Сунув сигарету в рот, он поджег ее и продолжил: – Я бы не прикоснулся к этому грязному крысенышу, даже если бы ты заплатил мне. Помойся, милочка. – Брат вынул сигарету и выпустил облако дыма. – Женщины годятся только для одного, а ты даже в этом плане бесполезна.
Съежившись, я желала раствориться в воздухе.
