Однако и на отца он определенно был похож. Угловатая челюсть, подтянутое тело, прямой нос, а волосы, хотя и были густыми, как у мамы, свой угольно-черный цвет явно взяли от папы. А еще Кай унаследовал его проницательный взгляд… Такой пронзительный и суровый, что я перед ним робела.
Парень развернулся; мерцающий огонек свечи отражался в его глазах. Сквозь открытые двери я слышала, как ветер завывал в кронах деревьев.
– Откуда ты меня знаешь? – поинтересовался Кай, подойдя ко мне.
– Тебя все знают.
– Ты учишься в нашей школе?
Я покачала головой.
– Скорее, на домашнем обучении."
"Полагаю, лучшего определения не найти. Имея больше пропусков, чем посещений, я доучилась только до шестого класса, после чего брат перевез меня к себе и заставлял делать за него домашние задания, пока я сидела дома днями напролет. Так я освоила алгебру и испанский язык, узнала, каким образом Шекспир использовал темы продажности, предательства и обмана, чтобы изобразить вину, грех и возмездие.
Мой брат посещал уроки, впитывая достаточно знаний для сдачи экзаменов, в то время как я выполняла письменные задания, впитывая достаточно знаний, чтобы не считаться полной невеждой. Пробелы, конечно, были, но я старательно выполняла всю домашнюю работу, включая обязательное чтение. Я всегда уступала окружающим, и это заставляло меня стремиться к лучшему. Рано или поздно я получу свой аттестат.
– Иногда вижу тебя то тут, то там, – пояснила я. – Мой бра… моя мама готовит для Торренсов.
У меня во рту было сухо, как в пустыне. Я с трудом сглотнула. Это ложь. Марина мне не мать, однако мы решили давать людям такое объяснение, потому что отец не хотел, чтобы кто-то за пределами нашего дома знал, кем я была на самом деле.
Брат тоже этого не хотел.
Наконец я подняла глаза и поняла: все это время Кай наблюдал за мной. Вероятно, у него в голове возникло много вопросов, которые, я надеялась, он не задаст.
– Мне нужно идти, – сказала я ему и двинулась к выходу, но парень преградил мне путь.
– Нет! – Он оперся руками на стену, прижав меня к ней. – Дело в том, что сегодня ты услышала всю мою подноготную, а я не люблю вмешательств в свою личную жизнь. Где гарантии, что ты не проболтаешься? Откуда мне знать, что ты не вела прямой эфир в «Инстаграм» из той исповедальной кабинки, хвастаясь, как разыграла меня?
Испуганно подняв взгляд, я выпалила, запинаясь:
– Я не… Я бы никогда так не поступила.
