О! Неужели кто-то решил вступиться за слабых и немощных?!
— Да успокойся ты, — шипит голос Виталия. — Ты чего такая дерзкая?
— Как пуля резкая, — рявкаю и злобно брыкаюсь. — Дай я ей наваляю! По ее сиськам!
— Софья, это низко, — заталкивает на переднее сидение.
— Зато эффективно!
— Сидеть! — Виталий отмахивается от моей руки и угрюмо смотрит в глаза.
А теперь я вижу в нем уголовника. И не того, кто попал в места не столь отдаленные за воровство. В глазах вижу тень звериной жестокости.
— Так-то, — кивает он и разворачивается в сторону всхлипывающей Анжелы и ее вздрагивающего на брусчатке дружка.
— В машину, сукины дети! Да не в свое пафосное корыто, идиоты!
Анжела в испуге ныряет в салон мерса, из которого ее тут же выволакивает Виталий, но не за волосы, как я, а ласково под ручку:
— Не советую выкобениваться.
— Отпусти! Я сама!
Пошатываясь, подходит к машине Мирона Львовича и заползает на заднее сидение. Опять скулит, когда я на нее оборачиваюсь.
— Какого хрена, Анжела?!
— Отвали.
— Ах ты, сука! — переваливаюсь через сидение и замираю под выкрик Виталия.
— Успокоились!
Виталий запихивает к Анжеле блондинчика, который прижимает ко рту окровавленный платок и я тянусь к нему рукой, чтобы дернуть его за растрепанные волосы.
— Софья!
Смотрю в глаза Виталия и медленно возвращаюсь на сидение, сердито пристегнувшись ремнем безопасности.
— Откуда ты такая вылезла? — Виталий садится за руль.
— Из мамкиной манды, — цежу сквозь зубы, всматриваюсь в его лицо. — Еще вопросы?
— Исчерпывающе, — кивает и кидает взгляд в зеркало заднего вида.
— Допрыгалась?
Машина мягко трогается с места.
— Да она сука чокнутая! — взвизгивает Анжела.
— Не спорю. Другой вопрос, чем ты ее так вывела из себя?
Блондинчик бубнит что-то нечленораздельное и отворачивается от Анжелы. Растекаюсь по сидению. Что на меня нашло? Единственный раз, когда меня также накрыло, случилось в средней школе.
Я кинулась на одноклассницу, что вздумала меня с подружками травить, со стулом в руках.
До членовредительства не дошло: Сучки успели с криками выскочить из класса, а я в щепки разнесла запертую дверь, которую потом менял отец. После я ходила год к психологу, и его тесты охарактеризовали меня, как неконфликтную и спокойную личность. И я согласна на все сто процентов.
Виталий паркует машину возле главного входа офиса, на десятом этаже которого сидят Мирон Львович и его уставшие инженера, которых он взял в рабство. Хмуро смотрю на Виталия.
