Уняв возбуждение, он сунул ее в пластиковый конверт, прикрепленный под рубашкой, положил папку в ящик и торопливо прошел мимо кабинетов к окну. Вновь прикрепив трос, он выбрался наружу и уже секунды спустя опять стоял на крыше. Потом Гассан уложил экипировку в небольшую сумку на поясе и бегом спустился вниз по лестнице. На улице он затаился в тени, оглядываясь вокруг.
Мимо проехал автомобиль с солдатами Республиканской гвардии.
Как только он исчез из виду, Гассан помчался прочь. По пути домой он еще дважды прятался от патрульных машин гвардии.
В конце концов, когда над Шатт-аль-Араб уже занимался рассвет, он вошел в свою крохотную комнатку. Все еще чувствуя, как в крови бушует адреналин, он достал специальный сотовый телефон, который прятал под половицей, и набрал номер американца. Гассан не знал, где находится его рабочее место — сам он не спрашивал, а американец не рассказывал.
— Так вот каким образом ты получаешь приказы, Гассан. Очень умно со стороны американцев. Что ни говори, они во многом превосходят нас.
Гассан рывком обернулся. Лицо незваного гостя пряталось в тени, но пистолет в его руке отражал лучи восходящего солнца.
— Дай мне телефон и документ.
Гассан ни на минуту не забывал о возможности разоблачения и хорошо подготовился к нему. Не раздумывая и ни о чем не сожалея, он раскусил ампулу с цианидом, бросил телефон на пол и ударом ноги превратил его в бесполезные обломки. Тело Гассана пронзила боль. Ему показалось, что он погружается в черную бездну. Он распластался на полу, извиваясь от боли, и его обожгла гневная мысль: смерть не значила для него ровным счетом ничего, он боялся только провала.
И это произошло.
Глава 18
Вашингтон, округ Колумбия"
"Руководитель администрации президента Чарльз Оурей бродил по пустой гостиной в жилом крыле Белого дома. Занимался рассвет, и в окна проникали тусклые лучи. Время от времени он пытался нащупать в нагрудном кармане рубашки пачку сигарет, которые перестал носить с собой еще девятнадцать лет назад, подписав обязательство бросить курение.
Оурею было за шестьдесят. Его треугольное лицо хмурилось, движения казались порывистыми и бесцельными.
Каждые пять минут он смотрел на часы. Услышав, как открывается дверь президентской спальни, он обернулся.
Сэм Кастилья появился полностью одетым. Он выглядел свежим и подтянутым, в безупречно скроенном костюме его крупное тело казалось гибким и стройным.
— Чарли, когда приедет посол?
— Через двадцать минут. Он говорил раздраженным тоном.