Впрочем, возможно, дело было не только в этом – не исключено, что кто-то заснял произошедшее на видео. От начала до конца. Путники приближаются к прицепу, возглавляемые сестрой Шаны. Возможно, кто-то заснял, как человек выходит из дома, а родственники пытаются его остановить. Быть может, вчера вечером миллионы американцев увидели по телевизору, как человек взорвался, словно шарик, наполненный кровью и внутренностями, – а это означало, что они могли увидеть и ее, Шану, бегущую под дождем к тому мальчишке. Внезапно все эти люди стали ей ненавистны.
Чужаки, вторгающиеся в… Как там выразилась Мия? В их «священную миссию».
Если честно, Шана не то чтобы верила в это, но, черт возьми, чувствовала где-то между сердцем и желудком.
– Остановись, я хочу проведать свою сестру."
"Это она тоже чувствовала – потребность вернуться к Несси, просто чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. Кивнув, Мия свернула на обочину ярдах в ста перед путниками.
Распахнув дверь пикапа, Шана стряхнула с себя усталость и бодрым шагом направилась к лунатикам.
Она увидела свою сестру во главе стада. Руки прижаты к телу. Волосы все еще немного влажные, свисающие прядями на бледные веснушчатые щеки. «Нужно вымыть ей голову, – подумала Шана. – Нужно будет попросить отца раздобыть шампунь». Спеша к путникам, она услышала, как кто-то сказал:
– Это она?
И затем:
– Точно, это она.
Не успела Шана опомниться, как ей в лицо воткнулось с десяток микрофонов.
– Это вы вчера вечером спасли того мальчика… – начала было женщина с прической, напоминающей шлем.
Ее перебил мужчина, волосы у которого были так коротко острижены, что он казался лысым:
– Каково это – когда прямо у вас на глазах взрывается человек?
Еще один голос:
– Вы настоящий герой…
Другой:
– Спасительница…
Третий:
– Заражена…
Отмахнувшись от микрофонов, Шана решительно прошла мимо телекамер.
– Убирайтесь вон! – бросила она. – Я хочу повидать свою сестру. Я просто хочу повидать Несси!
Ей вслед раздались вопросы:
– Это ваша сестра возглавляет шествие лунатиков?
– Как вы относитесь к тому, что вас называют пастухами?
– Как вы думаете, что здесь происходит? Шана! Шана!
Но Шана не обращала внимания на журналистов.
Стиснув зубы, она прикусила язык и направилась к Несси.
К своей сестренке.
Та шла, устремив взор вперед. Ее расширившиеся зрачки превратились в большие черные пуговицы. Рот оставался закрытым, губы сомкнулись в тонкую прямую линию, уже ставшую привычной. Несси не улыбалась, не хмурилась.
