Веслами почти не работали, из обязанностей – только дежурства по ночам. И погода стояла по-осеннему отличная. Было так здорово скинуть одежду да проплыть пару сотен метров в парной водичке, что, собственно, обережники и делали, правда не отплывая от ладьи и загорая на ней же. Печенеги хоть не тревожили, но опасаться их стоило.
Ближе к устью Днепр разлился на множество рукавов, по одному из них караван добрался до небольшого, но крепкого городка, стоящего в уютной бухточке. Назывался городок – Олешье.
В нём в кремль посадника и пригласил княжий сотник всю ватагу Воислава, для напутственных слов, так сказать.
Сотник, дядька среднего возраста, выглядел довольно устало, что неудивительно после такого похода, но поприветствовал всех уважительно, предложил испить мёду и только потом перешёл к делу.
– Видел я, Воислав, твоих людей в бою и тебя самого. Что ж, одобряю я выбор князя, такие воины Руси пригодятся. Ведомо мне, поручение у тебя важное, какое, спрашивать не буду, не моё дело, но людей по воле князя дам.
Самых лучших. Отрок, позови Дровина и Айлада.
Юноша в кольчуге вскоре привёл двух воинов. Выглядели они как надо, пускай и без доспеха, который наверняка лежит, хорошо смазанный, в сумах за спиной. Отменная мускулатура заметна даже сквозь рубахи, взгляд матёрых воинов. Дровин, словенин, имел крупный мясистый нос и носил круглую русую бородку. Айлад, варяг, – скуластый, с выступающими бровями, точно скандинавской крови.
– Вот смотри, какие воины, в самом деле лучшие. Дал бы и больше, но сам понимаешь: каждый человек на счету.
Ещё деньги, серебро на коней, которое князь велел передать, если все благополучно пороги пройдёте. Лошадки-то на Дунае подешевле будут, – сотник маслено улыбнулся. – Если что ещё нужно, говори, помогу, чем смогу. Припасом, стрелами.
– Да. Клек.
– Послушай, воевода, у тебя в войске есть гридень, Слобудом зовут. У него есть конь, раньше он под моим седлом ходил, а теперь у твоего воина. Разреши мне с ним поговорить об этом коне, чтобы он продал мне его.
Любые деньги не пожалею, так и скажи ему.
– Знаю я того гридня. В Ирии он, убили печенеги на Ненасыти. А конь… Добро, покупай, если признает. Я его коня видел – настоящий зверь.
– Признает, ты не переживай. И о Слобуде, о коне его и подвигах не забуду. Закажу Баяну – весь Киев о нём петь будет.
– Добро. Выпьем тогда, други, за наших братьев, чтобы им в Ирии хорошо было!
И все подняли кубки, включая Дровина и Айлада, и почтили память погибшего воина.
