– Вои добрые, защитите!
Трое обережников тут же оказались на ногах с оружием наголо, да не абы как, а правильным строем: Шибрида посередине, Данила и Клек с боков.
– Уладка, к остальным, – приказал Шибрида.
Девушка без разговоров подчинилась. Умница.
Позади в лагере уже слышался переполох, вызванный криком, но трое обережников первыми ринулись к опушке леса. Факелов не брали: варяги и так отлично видели в темноте. Данила тоже натренировал за последнее время ночное зрение, да и не требовалось от него многого, главное – щит держать крепко, прикрывая себя и Шибриду.
В лесу за дровами ходило много народа, так что шум поднялся в нём изрядный, но кричал именно Шустрик, все узнали его голос. Слаженным строем, щит к щиту, трое обережников почти бежали сквозь лес. Рыхлая вязкая почва вместе с листвой липла к обуви, давала неверную опору.
Кто же всё-таки решил на купцов напрыгнуть, да ещё так по-глупому? Или холопу всё показалось?
– Помогите!
Прямо на щиты выскочил ошалевший Шустрик, спружинил от них как мячик, упал на пятую точку, глянул снизу испуганно.
– Не бойся, это мы, – пробасил Шибрида, вложил меч в ножны и поднял холопа одной рукой, как котёнка. – Ты чего кричал?
– Навь… – пискнул Шустрик и совсем сник под взглядом варяга.
– Говори.
– Там, Хорсом клянусь, мы с Беляком валежник собирали, а тут она… Говорит так тонко, протяжно: мол, сюда. Ну, Беляк и пошёл, а я… Я не знаю, как тут оказался.
– Что такое?! – громогласно раздалось позади.
Батька Воислав, в панцире, с двумя мечами.
Шлем с «очками» сдвинут на затылок, а синие усы свисают до гладкого подбородка. За ним – уже вся ватага с факелами.
– Да вот, говорит, кромешников слыхал, одного холопа даже за собой утащили, – ответил Шибрида.
– Кого конкретно?
– Говори, ну! – варяг поставил холопа на землю.
– Беляка, челядина купца Неленя с людинского конца, они рядом с нами встали.
– Вот оно что. Давай этого зайца, я поспрашиваю.
Лес всё больше наполнялся встревоженными воинами. Воислав, выспросив всё у холопа, велел двоим обережникам кликнуть других купцов, рассказать, что случилось, затем ещё раз зачем-то внимательно посмотрел Шустрику в глаза и велел остальным идти в лагерь.
– А мы искать пропавшего с другими не будем? – спросил Данила.
– А зачем? Он же не нашей сотни, пусть людинцы эту навь ищут, хотя челядин тот наверняка попросту сбежал. Но сегодня ты всё равно в дозоре стоишь в первый черёд.
– Да, понятно, – согласился Молодцов.
Первая смена считалась самой лёгкой.
