— Откуда знаешь наш язык? — спросил таможенник на том же языке.
— В моем отряде на службе у Ласкаря было много аланов, — сочинил я."
"— Племянник мой сейчас служит у него, — сообщил таможенник. Он собирался еще что-то рассказать, но заметил заходящее в бухту судно и откланялся, разрешив на прощанье: — Можешь стать к причалу, все равно сейчас судов мало.
Я ошвартовал неф к причалу, а лагом к нему — ладью. Кнехты на причале теперь все были каменные. Матросы сперва выгрузили из твиндека лошадей. Двадцать один боевой конь, семь верховых лошадей, по словам Алике, иноходцы, и ее кобыла белой масти.
Не сказать, что лошади очень хорошие, но и плохими не назовешь. Ладно, захваченному коню зубы не смотрят.
За кусок хлеба с сыром чумазый пацаненок, который болтался на причале, проводил нас за город. По пути проехали мимо того места, где стоял мой дом. Вместо него и соседнего построили длинный четырехэтажный. За городом тоже почти ничего не изменилось, хотя бывшую свою виллу я найти не смог. Сразу стало грустно.
Не возвращайся туда, где был счастлив…
Пацаненок привел нас к хозяину большого постоялого двора. Он напоминал тот, которым владел Келогост. В этом хозяйничал пожилой гот. Он, на ходу вытирая левой ладонью рот, спустился со второго этажа, когда я один въехал во двор. Седые волосы были коротко подстрижены «под горшок», затылок, щеки и подбородок выбриты. Только усы оставлены, длинные и густые, наподобие тех, которые будут в моде у запорожских казаков. На готе были только штаны и рубаха холщовая до коленей и с рукавами по локоть.
Из правого рукава выглядывал обрубок руки. Штаны были из той же материи, заканчивались на пару сантиметров ниже подола рубахи. Босые ноги с грязью между пальцами, будто ходил по влажной почве.
— Остановиться хочешь, боярин? — спросил хозяин постоялого двора.
— Князь, — поправил я.
— Прости, князь, не знал, кто ты! — извинился гот.
— Хочу лошадей у тебя разместить, двадцать восемь, — сказал я. Одного иноходца решил оставить на судне, точнее, на причале возле него.
Князю ведь не положено ходить пешком. — Хватит у тебя места?
— Конечно! Конюшня сейчас пустая, все купцы разъехались, — радостно сообщил он. — А надолго?
— Дня на три, может, больше, — ответил я. — Возможно, еще несколько лошадей приведут мои люди.
Я собирался прикупить несколько коней и отправить всех вместе по суше с половиной экипажа. Сам же с вином, оливковым маслом и кое-какими товарами, которые куплю здесь, поплыл бы на ладье.
— Пусть приводят.
