Но как осуществить замысел, если в подъезде сейчас присутствует Фаина Герасимовна?
Я медленно вышла на первый этаж и услышала слова консьержки:
– Валюша, посиди еще некоторое время – голова пока не прошла.
– Конечно, – охотно согласилась женщина, – все равно делать нечего.
– Когда жильцы из второй появятся, покажи им короб, – продолжила Фаина, – объясни, что рефрижератор приехал. В квартиру занести не сумели, а ключи лифтеру не оставили!
– Поняла, – кивнула Валя.
Я подождала, когда звук шагов Вольской затихнет, и приступила к делу.
– Валечка, вы работали в благотворительном центре Аллы Борисовны Бирюковой?
– Ну, – протянула Юркина, – очень давно и недолго.
– Какую должность занимали?
– Должность, – засмеялась женщина. – На кухне помогала.
– Готовили?
– Нет, поваром там Людмила была, у нее сын в центр ходил. Ой, неправильно сказала. Ходить он не умел, в коляске ездил. В центр брали больных людей. Их родные денег не платили и работали там все бесплатно.
– Даже вы? – уточнила я.
Моя собеседница сделала вид, что не услышала вопрос.
– Докторов, медсестер, психологов – всех Алла Борисовна заставляла без копейки пахать!
– Заставляла? – переспросила я.
– Да, да. Она была шантажисткой. Узнавала про человека гадость, потом говорила ему на ухо: «Или в моем центре в выходные пашешь, или расскажу на твоей работе, что ты сделал!» И куда людям деваться? Еще она спала с Егором Николаевичем, а у него денег! Океан! Антонов любовнице столько рублей давал, сколько она хотела!
Я потрясла головой.
– Если у Аллы был неограниченный бюджет, то почему она шантажом заставляла всех на себя работать?
Валя рассмеялась.
– Много денежек не бывает!
– Значит, и вы тоже ничего не получали? – снова уточнила я.
– И я! – подтвердила Юркина.
– Где-то еще служили? – не отставала я.
– Не поняла, – заморгала Валентина.
– Врачи, медсестры и психологи боялись, что Алла Борисовна сообщит об их каких-то неблаговидных поступках туда, где они служили за оклад. Люди не хотели лишаться хорошей зарплаты, поэтому им приходилось в свободные дни бесплатно трудиться в благотворительном центре.
Так?
– Да, да, да, – согласилась Валентина. – И мы с тетей Фаей там тоже ни копеечки не получали.
– Вольская помогала Бирюковой? – удивилась я.
– Она очень больных жалела. И вообще людей любит. В церковь ходит. Господь велел всем помогать. У нее большое горе – сын из дома выгнал, запретил к внукам приближаться. Младший хроменький, одна нога другой короче.
