Ценный, очень ценный кадр, судя по тому, что в центре сидит один из негласников конторы. Естественно, мы с Зубовым не обсуждали его задание на этом объекте, мы вообще ничего не успели обсудить, кроме его нелогичного желания взбаламутить жизнь моей дочери своим явлением, но я тоже не дура. Вроде бы. И понимаю, что Зубов не просто так сидит на воротах Центра исследований РАН.
Дай Бог, чтоб профилактически. Но для профилактики, подозреваю, тут вся охрана, и плюсом — сисадмин Виталик, с которым мы в последнее время сдружились.
Я более чем уверена, что у Виталика — погоны. Какой-нибудь капитан или майор даже… Очень удивлюсь, если это не так.
Но все-таки, судя по тому, что Зуб здесь опять под чужим именем, имеет место быть разработка.
Вот только, кого? Очень надеюсь, что не сотрудников отдела, где я практикуюсь. Ну, или хотя бы пусть все случится после того, как я допрактикуюсь… И пусть не с Васильевым. Может, тот мужик, что так удачно ломает то ногу, то руку, то голову? На чьем месте я сейчас сижу?
Хохлов, на мой взгляд, слишком хитер и мудровыебан для таких вещей.
Он карьерист и жополиз. Такие обычно осторожны. И не любят рисковать.
И вообще… О чем я думаю? Может, Зубов ищет вообще не в моем отделе? У нас тут пять этажей безумных ученых. Ройся — не хочу.
Никаких фактов, что мои — самые безумные.
Хотя… Хохлов, вон, точно свихнулся.
Рожа красная, взгляд дурной, с обидой. Старым его обозвали, надо же!
— Понятно, Екатерина Михайловна, — цедит он сквозь зубы, — работайте, не буду отвлекать. А то у вас в последнем отчете были ошибки.
— Какие? — я не привыкла спускать такое, и сейчас не собираюсь. Знаем, плавали. Один раз промолчишь, и потом только и успевай уворачиваться от копыт.
Нет уж.
Обидки — обидками, а с работой у меня все отлично, нехрен поклеп возводить!
— У вас графики выстроены без учета… Э-э-э… Без учета!
— О-о-о! А можно пример? Чтоб я больше не путалась…
— Потом!
— Но мне сегодня уже сдавать…
— Пока так сдавайте.
— Но там же тогда ошибка…
— Я ее учту.
— Не надо! Я исправлю.
— У меня сейчас нет времени что-то вам показывать. Тем более, что это вы уже должны знать. Чему вас только учат в провинции!
— Хорошо, я отмечу тогда в отчете, что получила от вас замечание и не получила полной расшифровки данного замечания, вследствие чего не смогла исправить ошибку неясной этимологии…
— О-о-о! Екатерина Михайловна, прекратите уже. Я не буду ничего поправлять у вас! Успокойтесь.
— Нет, Семен Владимирович, при всем уважении, я не могу так.
