— Просто подумалось сегодня… — пожимаю плечами, аккуратненько отхожу чуть дальше. Но резких движений не делаю.
С Зубовым, как с диким зверем. Резко нельзя, а то сразу инстинкт охотничий пробуждается во всей красе. Догнать и растерзать. Ну, или в моем случае, трахнуть…
От подобной перспективы в голове приятно шумит, низ живота пульсирует и сжимается. Тоже приятно.
Вообще, опьянение — неплохая вещь. Почему я раньше не практиковала?
Алкоголь делает женщину легкой и доступной… Легкодоступной, короче говоря… Дошла бы до этой мысли пару лет назад, может, уже и замужем бы была…
Но мысль про замуж и про бывшего парня, с которым у нас так и не сложилось постельных отношений, почему-то не нравится сейчас.
Вызывает злость.
И Зубов, молча отслеживающий мои мягкие перемещения по кабинету, тоже вызывает злость.
Ну чего смотришь?
Делай уже что-нибудь!"
"— Что подумалось? — голос его становится ниже, похрипывает интимно. И сам он меняется, неожиданно из бешеного зверя и затем косолапого мишки превращаясь в кота.
Такого… Битого в многочисленных боях за территорию и самок, но очень уверенного в себе и прекрасно знающего, как защищать эту самую территорию и иметь этих самых самок…
— Ну… Ты тогда так смотрел… Глазами жрал, — я подхожу к столу, подтягиваюсь, пытаясь непринужденно сесть на столешницу.
Выходит кривовато, потому что юбка не особо узкая, и я немного путаюсь в ней.
Но ничего. Может, он не заметил? Главное же — изящество форм!
— Думаешь, жрал? — урчит котяра Зубов.
И тоже мягонько двигается. Вроде, не ко мне. Вроде, какие-то левые проделывает манипуляции, расстегивает пиджак, трогает кобуру, ослабляет галстук…
А все равно неожиданно оказывается совсем близко.
Смотрит своими невозможно черными глазами, улыбается… Понимающе. Из-за этой его улыбки мне хочется опять воевать. Опять дать по морде. И потом поцеловать. Вот такая я противоречивая натура, когда на пробку бутылочную наступаю.
— Уверена… И в машине, и потом… И во второй раз… — я улыбаюсь, не двигаясь, демонстративно спокойно разглядываю склоненное ко мне лицо.
— Ну, второй раз, когда отвозил, ты сама ко мне полезла… Поцеловала.
Он усмехается, а я во мне опять бурлит подуспокоившаяся было злоба. Потому что не так все было!
— Ничего не сама! Я хотела в щеку!
Толкаю его в грудь рукой, а он неожиданно ловит и целует мою ладонь. Прямо в центр.
