На совести у Медунова был не один десяток сломанных жизней и загубленных молодых талантов. Несколько лет назад, весной, Медунов умер от чахотки, но Иоганн был уверен, что критик захлебнулся собственным ядом.
– Как видите, и Поль и Николя, и даже Медунов-Мамлинский сами вершили свою судьбу. Николя мог не травить себя ядом, Поль вполне мог обойтись и без дуэли, а Медунов мог быть добрее и объективней к литературным собратьям, но каждый из них вытянул свой жребий, и бог здесь ни при чём. Поверьте моему многовековому опыту, человек сам является вершителем своей судьбы.
– Как же я могу располагать судьбою, когда в любой момент можете вмешаться Вы, сударыня? – удивился юноша.
– Милый, Иоганн! Ответ на Ваш вопрос и есть цель моего визита. Мне поручено открыть Вам тайну вашего предназначения. Вы избранный. На Вас и ваших потомков возлагается особая роль. Отныне всё, что Вы будете делать, так или иначе будет влиять на жизнь той страны, в которой родится ваш первенец. Во всех начинаниях Вам будет сопутствовать удача, но потомки ваши познают как славу, так и забвение, холод тюремных застенков и хитросплетение коридоров Власти, предательство и большую любовь.
Высшими Силами мне поручено передать Вам этот знак, – и Сиреневая Дама взмахнула рукой.
В этот же момент на безымянном пальце левой руки нашего прадеда вспыхнул неземной красоты чёрный камень, обрамлённый в старинный золотой перстень.
– Этот чёрный бриллиант оправлен в золото, добытое из осколка звезды, упавшего в пустыню в год начала строительства пирамид, – продолжила Смерть.
– Он мне достался от молодого фараона, который после осмотра строящейся для него пирамиды в шутку пообещал его в награду Смерти, если она будет к нему милосердна. Сам не ведая того, молодой правитель заключил со мной сделку. Я выполнила все его условия и была к нему милосердна.
Он умер следующей ночью, даже не осознав, что произошло. Верный раб и телохранитель убил спящего господина одним ударом кинжала. Узкое и смертельное, как жало скорпиона, лезвие кинжала вошло за левое ухо фараона, даровав ему безболезненную смерть, а мне этот перстень.
В обмен на смерть фараона рабу была обещана свобода и сердце прекрасной дочери верховного жреца, в которую он был безнадёжно влюблён. Однако впоследствии жрецы решили вместо свадебной церемонии удостоить раба чести сопровождать своего господина в загробном мире, и умертвили его вместе с несколькими сотнями других слуг.
