– Уже нет! – Бисмарк махнул рукой. – У меня другая проблема…
– Какая?
– Я уехать должен. На неделю. Рина же сейчас у меня…
– Ну да!
– Я немного за нее переживаю. Думал, может ты переедешь на эту недельку ко мне?
– К Рине?
– Ага, ко мне. Рина уже переехала! Теперь только тебя не хватает! – Олег хитро улыбнулся.
– А ты что, боишься ее одну оставить? – на губах «брата» Коли тоже заиграла улыбка. – Думаешь, что напьется и пожар устроит?
– Ну как-то так, – чуть помедлив, Олег кивнул.
– Тебе, как мужику, я как-то больше доверяю!… К тому же она себя плохо чувствует… Ее в этой клинике, как лимон выжали! И я, честно говоря, не хочу, чтобы она опять туда пошла… А ее тянет! Ты понимаешь, о чем я?
– Нет, – «брат» Коля развел руками.
– Нет? Ну ее там используют. Ее провоцируют на материнское молоко. Ты же в курсе, что у нее синдром «ложного материнства»?
– Первый раз слышу, – выдохнул айтишник.
Бисмарк уставился на «брата» Колю, как на идиота.
– Ты хоть что-то про нее знаешь? – спросил он.
– Только то, что обязан ее защищать.
– Откуда ты это знаешь?
– Почувствовал тогда, на улице, когда ее пытались выкрасть.
– То есть, ты ее защищаешь, ничего о ней не зная?
– А ты о ней много знаешь? – вопросом на вопрос ответил Коля.
– Достаточно, чтобы бояться оставить ее одну.
– А ты уверен, что она еще у тебя?
– Да, – Бисмарк достал из кармана и показал собеседнику ключ от недавно поставленного нового замка.
– Ну да! Значит, ты ее закрыл.
– Ага, ради ее же блага! И она, кажется, не против."
"Разговор этот длился еще два чайничка «пуэра» и три бокала коньяка. Под конец «брат» Коля согласился пожить недельку у Олега вместе с Риной, присматривая за ней и занимаясь своим делом одновременно.
Для этого ему предстояло перевезти на улицу Ивана Франко все своё «железо», стоившее, по его словам, сто тысяч баксов. Но в реальности, как Бисмарк быстро понял, эти компьютеры легко помещались в один нормальный багажник седана. Поэтому с перевозкой техники проблем возникнуть не могло. Переезд Коли назначили на пятницу.
