Взгляд сам замер на девушке, что как-то потерянно стояла совсем рядом. Прилично одетая, в джинсах и недешевой ярко желтой ветровке, она, почувствовав на себе взгляд, посмотрела на Олега заплаканными глазами.
– Вы со мной не выпьете? – спросила жалостливо.
«Черт, развести на бабки хочет», – подумал Бисмарк.
– Извините, у меня встреча!
– Вы не подумайте, – она вытащила из кармана куртки-ветровки пачку гривневых пятисоток. – Я сама могу вас угостить!
От неожиданности Бисмарк пожал плечами. Посмотрел на часы.
– Ну, полчаса у меня есть, – произнес уже мягче.
– Можем прямо сюда, – кивнула она на вход в подвальный ливанский ресторан.
– Два «Хэннэси», – скомандовала она бармену, как старому знакомому, усаживаясь на высокий табурет.
Бисмарк устроился рядом. «Ничего себе», – подумал о заказанном коньяке.
Бармен оказался расторопным.
Она пригубила, и тут же ее глаза засветились другим, более спокойным светом.
– Спасибо! – кивнула Бисмарку.
– За что?
– За участие! Как тебя звать?
– Олег.
– Олежка, – протянула она и снова пригубила. – У меня шеф был Олег. Жалко, убили его!
Бисмарк раскрыл рот, но как-то мысли смешались, и вставить очередное слово в разговор он не смог. Пригубил «Хэннэси».
– А чего убили? – все-таки поинтересовался.
– Там, может быть, и я виновата, – начала было говорить девушка и вдруг махнула рукой, замолчала.
– А тебя как зовут? – спросил Бисмарк.
– Рина.
– Это как Катерина?
– Нет. Родители меня почему-то назвали – Рия. Мне это вообще не нравилось с самого детского садика.
Я, когда паспорт делала, поменяла.
– Рия? – в недоумении повторил Бисмарк. – Это как Мария? Чего это они тебе пол имени дали?
– Уже не спросишь! Разбились в машине! Давно. Отправили меня в лагерь на море. А когда я возвращалась на поезде, выехали забрать на вокзал и всмятку! На них «Камаз» налетел… Но потом один знакомый отца на поминках напился и прошептал мне на ухо, что они мне не родными были. Что удочерили. Документов об удочерении я не нашла.
Дядя наоборот, убеждает, что родители родные и что он ездил с отцом в роддом забирать меня с мамой!… Фигня какая-то!
– Ничего себе! – удивился рассказанной драме Бисмарк. – У тебя в жизни, как в кино!
– Хуже! – твердо заявила Рина. – В кино бы я сейчас была богатой и счастливой, и муж у меня был бы супермен с «Теслой»!
– Ну так у тебя же деньги есть, так что ты уже богатая!"
"– Деньги и счастье, это как чай с кофе – почему-то не смешиваются.
