– Вперед и с песней!
Он включил ноут, открыл переснятое на мобильник групповое фото пяти человек с одним неизвестным. Внимательно всмотрелся. Теперь его больше всего интересовал пятый, который так очевидно удивил своим присутствием на фотографии Адика, что тот припрятал снимок и даже не предложил его вернуть Олегу. Неизвестный справа ближе всех находился к Клейноду-отцу. Наверное, это не случайно. Клейнод-отец не мог не приглашать домой друзей. А значит, Клейнод-сын мог быть в курсе who is who среди знакомых и друзей своего папы.
– Ну что, отправимся на Подол! – решил Бисмарк и закрыл свой ноут прежде, чем сунуть его в рюкзак.
Небо к Подолу оказалось добрее, чем к самой древней части Киева. Через дырявое облачное покрывало проглядывало солнце. На стенах Межигорской в его лучах отчетливее читались новые бессмысленные надписи уличных художников и особо игриво солнцем подчеркивались арки проходных дворов по четной стороне.
Войдя в парадное, Олег напрягся, увидев на двери Клейнода тяжелый навесной замок.
Дверь выглядела «бывшей». Она словно больше ничего не закрывала, не защищала ничье жилое пространство. Олег поднялся, взялся за ручку и толкнул от себя. Она отошла в сторону коридора на сантиметров пять. Если хорошенько ее дожать, одна из петель навесного замка не выдержит и тогда заходи и живи себе в этой с виду полупокинутой берлоге.
Почему пришла мысль о «полупокинутости»? Потому, что из узкого дверного проема в нос Олегу ударил запах недавно сваренных пельменей. Запах был вытолкнут из квартиры прямо в лицо сквозняком.
И Бисмарк вспомнил сквозняк в комнатке без окна – в тайной спальне старика. Кроме того, ему показалось, что запах сваренных пельменей еще сохранял тепло. То есть пельмени эти варились совсем недавно. А значит, мысль даже о «полупокинутости» могла оказаться заблуждением. Почему все-таки он так подумал? Потому, что на навесной замок можно было закрыть дверь только снаружи, словно это обычный сарай, а не квартира, а в сарай заходят на минутку, чтобы что-нибудь взять или положить.
В сарае не закрываются на ночь изнутри. В квартире закрываются. В общем, для того, чтобы окончательно понять: квартира это теперь или сарай, требовалось проверить: можно ли эту дверь закрыть изнутри?
Олег просунул руку в дверной проем и посветил фонариком мобильного. Справа из внутренней стороны дверной рамы торчала металлическая петля для навесного замка. Такая же, как снаружи.
– Да он инженер! – усмехнулся Бисмарк.
