Спохватился он не сразу:
– Бегом одеваться и в машину! Получилось у меня с купальником?
Она кивнула и принялась торопливо одеваться. Матвей отвернулся, чтобы ее не смущать, стал смотреть на быстротечную воду. Вот и река предала Ассо. Стоило ей попасть в мир людей, как все пошло наперекос. Когда это началось? Когда она шагнула через порог его офиса. Начался пожар. Пожар в офисе миграционной службы – событие из ряда вон. Проведенное расследование показало, что велика вероятность поджога, но установить, кто за этим стоял, нейтральным службам пока не удавалось, хотя они и привлекли для решения этой задачи кромешников, в понимании людей – экстрасенсов.
Что, если все события – звенья одной цепи? Тогда вся эта цепь висит на его собственной шее, и с каждым его шагом она звенит все громче. Ассо досталось из-за него, начиная со стресса от пожара в самый первый день наверху и заканчивая, условно говоря, ее инвалидностью и риском для жизни на сегодняшний день. Она просто попалась на пути, равно как и Денис с его квартирой, куда они с Ассо не подумав приперлись после пожара.
Во всем виноват один Матвей – ну, положим, не он, а Крысолов, потому что сам Матвей никому зла не желал и ничего такого не делал… Но все, кажется, упирается в него. Прежде эта мысль если и приходила Матвею в голову, он отбрасывал ее и ругал себя за чрезмерный эгоцентризм, но сейчас, когда он вспомнил странное удовлетворение в голосе Крысолова, повторявшего «ты… ты…», сомнения развеялись.
Враг? Его личный враг, о котором он даже не подозревает? Или не враг – да, он сжег офис и квартиру заодно, но не ранил Ассо, не выдвигал требований о ее выкупе, а проверка Матвея «на вшивость» привела только к тому, что у него прибыло магических сил… Чего же он хочет, этот Крысолов?"
"Ассо уже сидела в машине, а Матвей все не мог оторваться от созерцания весенней реки.
Он поднял с земли камушек и швырнул его в воду, выпекая блинчики. Раз, два, три, четыре, пять. Бывало и лучше.
Зазвонил телефон. Отец. Матвей махнул Ассо рукой и остался на берегу: незачем ей слушать очередные оскорбления.
– Дети вернулись домой, – сообщил Анатолий без предисловий.
– Все? Все живы и здоровы?
– На первый взгляд.
– В смысле?
Анатолий выдержал драматическую паузу.
– Матвей, им всем меньше десяти лет. У них еще не проявился дар, который свойственен неполнородным детям. Мы пока не можем точно определить, насколько они пострадали, но родители думают, что… их, возможно, постигла та же участь, что и твою Ассо.
