Может быть, для Ани это была всего лишь шутка… Пусть так!
– Я твой, Аня, – тихо сказал он. – Делай со мной что захочешь.
Ее рука легла ему на шею, и он был вынужден наклониться к ней.
На секунду он увидел сосредоточенное и, кажется, испуганное лицо, но тут же ее губы прижались к его губам. А потом Витя, дрожа от счастья и от страха, взял Анино лицо в ладони и несколько раз сам быстро поцеловал, от смущения попадая в брови.
Лада встречала Новый год в больнице. Вместе со всеми пила шампанское и желала коллегам счастья.
Ей очень хотелось, чтобы поступил какой-нибудь тяжелый больной, пришлось бы оперировать и в напряжении сил она забыла бы про Новый год. И про то, что, кроме Ани Сумароковой, ей никто не позвонил с поздравлениями.
Мобильник мертво молчал, и, разозлившись, она выключила его, соврав коллегам, что села батарейка.
Она знала, что завтра ей будут звонить многие – сотрудники из клиники Розенберга, бывшие больные… Но то будет завтра, а в новогоднюю ночь поздравляют только самых близких людей.
Интересно, что-то поделывает сейчас Валентин Сумароков? Млеет в объятиях своей маленькой сучки? Лада узнала от Ани, что отец и Катя дожидаются ее дома. Тут уж Сумарокову, конечно, не до нее, старой верной подруги.
«Ах, Лада, ты мой лучший друг, ты моя опора!» Ага, сейчас! Маленькая поблядушка с жадным взглядом – вот твоя лучшая опора!
Как ни горько это признавать, но для мужчин пара круглых упругих сисек значит больше, чем благородная душа, чем… А, блин, да чем все остальные вещи на свете!
Как только дочь уехала, Валентин начал нервничать.
Сорвется, все сорвется, суеверно думал он. Родители не отпустят Катю или Аня вдруг вернется домой. Да мало ли что может случиться?
Пустой дом угнетал его. Накинув куртку, он вышел на участок.
Последние дни стояла оттепель, казалось, что снега не будет и в новогоднюю ночь, но стоило Ане уехать, как мокрые дорожки схватились инеем и с неба посыпались белые хлопья.
Снег шел и шел, кружился, искрил в лучах фонарей, заметая дорожки и надевая шапки на деревья.
На соседнем участке, густо украшенном фонариками, уже праздновали. Взорвалась петарда, потом что-то завыло, и огненный столб поднялся в черное небо.
До приезда Кати было еще достаточно времени, и он решил нарядить одну из елок, растущих у входа на участок.
После того как они с Аней украсили елку в гостиной, в коробке оставались игрушки.
