В студии ей тоже было спокойно… Она не пугала ни габаритами, ни десятками объективов и микрофонов, ни огромными светящимися экранами, панелями и огнями, которые будут создавать атмосферу, придадут лоска, привлекут внимание зрителей… Благодаря им они не увидят ни монтажных элементов, ни многочисленных лиан проводов, ни черных тканей, создающих фон и защищающих от лишних источников света, словно кокон, оплетающих небольшое пространство для съемки посередине.
Когда она пришла сюда впервые, чтобы посмотреть свое новое место работы, ей показалось, что студия мертва.
Она выглядела пустой, потрепанной, исцарапанной, бесцветной, заброшенной… Сегодня из нее убрали все лишнее, ее немного привели в порядок, включили освещение и огромные мониторы, которые будут транслировать репортажи, отображать необходимую для зрителей информацию или просто создавать дополнительный фон. Со столика и кресел в центре сняли защитную пленку. Вскоре это место совсем оживет, наполнившись гостями, зрителями и коллективом съемочной группы. Кристина окинула пока что пустующие ряды сидений для зрителей и сделала глубокий вдох.
Спокойно. Нужно запомнить это состояние и сохранить его, чтобы не позволить себе паниковать.
Из созерцания и своеобразной медитации вырвал чей-то голос.
— Кристина! Где вас черт носит! Почему еще не в гримерной?! — окликнула ее какая-то девушка небольшого росточка с весьма громогласным голосом для таких габаритов. Эту особу она бы, возможно, и не вспомнила, если бы не ее неприятный голос — резкий, грубоватый, вечно чем-то недовольный.
Та самая серая мышка, которая грубила ей во время кастинга. Господи, неужели и сейчас придется с ней работать?.. К своему стыду, она толком еще не разобралась, кто она такая, да и вообще мало кого здесь знала лично.
— Да, да, бегу… — откликнулась Кристина и последовала за деловой и очень грозной «мышкой», пытаясь вспомнить ее имя. — Простите, как вас зовут? Нас, кажется, в принципе не представили…
Девушка что-то раздраженно пробурчала себе под нос, но даже не обернулась.
Что-то она начинала немного бесить Кристину.
— Так… как мне к вам обращаться? — все же терпеливо переспросила она."
"— Я сама к тебе обращусь, когда мне потребуется, — произнесла она холодно, остановившись перед дверью гримерной и закатывая глаза.
— Может, хоть скажете, кто вы. Довольно глупо вести себя так недружелюбно без всякой причины, если нам предстоит работать вместе.
Девушка откашлялась, всем своим видом демонстрируя, что имеет дело с какой-то недотепой.
