– Спасибо, – улыбнулся Марек, тоже поднимая стакан.
На этот раз Дронго только пригубил и, поставив стакан обратно на столик, решил резко поменять тему разговора:
– У вас чудесная квартира, и в таком престижном месте…
– Да, – радостно улыбнулся Лихоносов, – я всегда мечтал жить на Тверской. Когда выходишь на балкон и видишь башни Кремля, чувствуешь себя хозяином мира.
– Эти дома всегда считались особо элитными, – согласился Дронго.
– Вы не поверите, но я купил эту квартиру, заплатив в полтора раза меньше ее стоимости, – сообщил Лихоносов.
– Умерла хозяйка квартиры, а ее сыну срочно нужны были деньги на какую-то операцию для жены. И когда мне позвонил мой маклер, я сразу же согласился, не раздумывая. У меня как раз была необходимая сумма.
– У вас, очевидно, большие гонорары?
– Самые большие, – снова соврал Лихоносов. – В Москве такие деньги получают только Лепс, Меладзе и я. Ну, если не считать Пугачеву. Она вне конкуренции, сами понимаете.
– Значит, ваш приезд в коттедж оплачивал Харазов? – снова уточнил Дронго.
– Нет, он только пригласил. – Марек еще не понимал, что попадает в западню. – А деньги должен был дать Пашков. – Вдруг он понял, что именно сказал, и испугался. Улыбка медленно сползла с его лица.
– И вы, приехав в коттедж, не зашли к Пашкову, чтобы получить деньги? – невинным голосом осведомился Дронго. – Насколько я слышал, деньги всегда платят вперед.
– Может быть. Но мне не заплатили, – быстро ответил Марек, отводя глаза.
– Ну да, понятно. Ведь Пашкова убили.
А почему вы не поднялись к нему сразу после приезда? Ведь вы приехали гораздо позднее остальных гостей.
– Не считал нужным, – ответил Лихоносов, – я человек достаточно скромный.
– И не поднялись за деньгами? – тихо повторил Дронго.
– Почему вы мне не верите? Почему вы меня мучаете своими дурацкими вопросами? Я ведь вам сказал, что сидел в своей каморке и ждал, когда меня позовут. Этих бизнесменов и их жен я знаю тысячу лет, и никто из них не стал бы меня обманывать! Тем более что мы вместе с Кирой работали… Почему вы мне не верите?!
– Наоборот, я вам верю и поэтому хочу, чтобы вы рассказали мне правду.
У вас свежий шрам на ноге. Могу я узнать, где вы его получили?
Лихоносов дрожащей рукой запахнул полы халата, закрывая колено.
– Ударился, поцарапался, поскользнулся! – закричал он, выходя из себя. – И вообще, это не ваше дело. Уходите немедленно! Я не буду больше с вами разговаривать. И не пейте мой виски, я вам больше не налью.
