– Дело в том, что во время убийства Пашкова на даче находился румынский посол со своей супругой и высокопоставленный сотрудник российского МИДа.
– То есть вы.
– Да, именно я, – несколько раздраженно согласился дипломат. – А значит, это дело нужно проводить с особым вниманием, чтобы не повредить репутации указанных лиц. Плюс туда должны были приехать на следующее утро наш заместитель министра иностранных дел и французский посол. Вы понимаете, в каком щекотливом положении мы все находимся?
– Но они не приехали, – возразил Дронго, – следовательно, речь идет о конкретных людях, которые были в коттедже в момент убийства.
И вы – один из них, уважаемый Павел Афанасьевич. Я бы даже сказал больше. Вы – один из главных подозреваемых…
– Бросьте, – быстро перебил его Турелин, – бросьте шутить столь нелепым образом. Какой я подозреваемый? Я – ответственный сотрудник Министерства иностранных дел. Или вы ничего не понимаете?
– А ответственный сотрудник министерства не может быть убийцей? – весело поинтересовался Дронго.
– Не шутите, – серьезно занервничал Турелин. – Не понимаю, как такого человека допустили к столь серьезному расследованию?
– Меня попросили помочь, – напомнил Дронго, – и поэтому хватит давить на меня своим авторитетом. В результате вашей трусости и халатности мы упустили убийцу. Не перебивайте меня, – строго предупредил он, увидев, как снова дернулся его собеседник, – я отвечаю за свои слова. Это следователя вы могли обмануть, рассказав ему свою сказку, а со мной не получится.
– Что вы такое говорите? – испугался Павел Афанасьевич.
– Во-первых, в момент убийства вы были не на лестнице, а наверняка гораздо ближе к спальне Пашкова. Может, даже специально прошли по коридору, чтобы услышать какие-нибудь слова. Вы ведь знали, зачем Пашков собирает своих гостей. И вы ему в этом помогали…
– Как вы смеете!..
– Смею. Румынский посол сообщил мне, что именно вы пригласили его на этот праздник. Именно вы, Павел Афанасьевич, собирались организовать встречу вашего заместителя министра и руководителя «Росвооружения» с французским послом, чтобы крупный заказ получил именно Пашков.
Турелин снял шапку, ему было жарко, достал платок и вытер лицо.
– Пойдем дальше, – продолжал Дронго. – Если бы вы стояли на лестнице, то не услышали бы криков из комнаты. Это почти невозможно, если особо не прислушиваться. И учтите, что в спальне, которую занимали Харазовы, работал телевизор. Возможно, он работал и у господина Брескану.
