Я устал, но слишком возбужден, чтобы уснуть.
Речел улыбнулась.
– Закончишь тем, что Норма Крандолл расскажет тебе, что у нее болит и на каком тюфяке она спит.
Луис засмеялся, думая, как потешно.., потешно и пугающе-то, что жены со временем могут читать мысли своих мужей.
– Он был тут, когда мы нуждались в нем, – проговорил Луис. – Думаю, я тоже смогу сделать ему одолжение.
– Ты – мне, я – тебе?
Луис пожал плечами. Он не знал, как сказать жене, что ему вот так, сразу, понравилось общество Крандолла.
– Как его жена?
– Очень милая, – сказала Речел.
– Гадж сидел у нес на коленях. Я удивлена, у него был трудный день, а ведь ты знаешь, он быстро не принимает новых людей даже в нормальной обстановке. У нее была куколка, и она дала Елене поиграть с ней.
– Насколько, по-твоему, плох ее артрит?
– Совсем плох.
– Кресло-каталка?
– Нет.., но она ходит очень медленно, а ее пальцы… – Речел подняла свои изящные руки и, для примера, изогнула их, превратив кисть в лапу с когтями. Луис кивнул. – В любом случае, Лу, не задерживайся.
У меня мурашки идут по коже, когда я ночую одна в незнакомом доме.
– Не долго он останется для тебя незнакомым, – проговорил Луис и поцеловал ее.
Глава 6
Луис вернулся из гостей, чувствуя себя пристыженным. Никто не просил его осматривать Норму Крандолл, когда он пересек улицу («дрогу» – напомнил он себе, улыбаясь). Хозяйка уже ушла спать. Джад смутным силуэтом маячил на веранде за сеткой от насекомых. Слышался скрип кресла-качалки по старому линолеуму. Луис постучал по сетке от насекомых, которая загремела в раме.
Сигарета Крандолла пылала в темной летней ночи, словно большая огненная муха. Из динамика радиоприемника доносился тихий голос, комментирующий игру Красной футбольной Лиги, и от всего этого на Луиса Крида нахлынуло странное чувство: как будто после долгих странствий он вернулся домой.
– Я так и думал, что вы придете, – сказал Крандолл.
– Надеюсь, вы говорили всерьез насчет пива, – входя, сказал Луис.
– Насчет пива я никогда не обманываю, – проговорил Крандолл.
– Люди, которые врут насчет пива, наживают себе врагов. Садитесь, Док. Я положил пару банок на лед на всякий случай.
Веранда была длинной и узкой, обставленной ротанговыми стульями и софами. Луис скользнул на одну из них и удивился, как удобно. Под левой рукой оказалась бадья с кубиками льда и несколькими банками «Черной Этикетки». Он взял одну из банок пива.
– Спасибо, – сказал Луис и открыл пиво. Первые два глотка – словно благословение.