Жилистый капитан–1, так и не сдавший команды, и капитан–2, высокий, худой, очень молодой — даже слишком молодой, с точки зрения Павлыша.
А еще через пять минут капитан–1 по внутренней связи оповестил все отсеки о том, что вызывает экипажи в кают-компанию.
На постах остаются только дежурные.
У кабин остался Станцо.
10Со стола уже успели убрать.
Только скатерть осталась на длинном столе. И стулья вдоль стола.
Кок принес кофе.
Павлыш сел рядом с Гражиной.
Варгези молчал. Павлыш ожидал, что он будет разглагольствовать, но тот молчал.
Капитан–1 сказал:"
"— Мы все же не отказались от попытки приема. Но кабина не работала. Больше гравиграмм мы не получали. Мы не знаем, сколько продлится эта ситуация, и не знаем, чем она вызвана. Еще вчера все было нормально.
Павлыш кивнул, хотя никто его кивка не увидел, — он хотел сказать, что сам прилетел именно вчера, последним из экипажа. И ничего особенного на Земле не было. Шел дождь. Когда Павлыш бежал от центра к пусковой базе, он успел промокнуть. У кабины его ждала Светлана Павловна, оператор.
Она протянула ему махровое полотенце и сказала: «Вытри волосы. Неприлично мокрым появляться в другом конце Галактики». Павлыш так волновался, что не заметил, как прошел к раздевалке, чтобы сдать вещи в контейнер, с полотенцем в руках, и Светлане Павловне пришлось бежать за ним.
— Пока у нас нет никаких данных о природе этого… — капитан попытался подобрать правильное слово, — инцидента. Поэтому мы временно считаем наш смешанный экипаж — постоянным экипажем корабля и приступаем к нормальной работе.
Как только будут получены новости, мы сообщим экипажу.
Все поднимались молча.
— Я рад, — сказал Павлыш, когда они подошли к двери.
— Чему? — спросила Гражина.
— Ты теперь не улетишь.
— Улечу. Первым же рейсом.
— Они на Земле услышали мои молитвы, — сказал Павлыш.
— Я не разделяю твоих молитв. — Гражина смотрела в упор.
— У тебя друг на Земле? Он ждет?
— Ты умеешь быть нетактичным!
К ним подошла Армине.
— Мне страшно, — сказала она.
— Еще чего не хватало! Нам ничего не угрожает, — возразила Гражина, сразу забыв о Павлыше.
У Армине была очень белая кожа и пушок на верхней губе, как у подростка. «Странно, — подумал Павлыш, — чего тут страшного?»
11Павлыш вернулся к кабине.
Он думал, что застанет около нее только Станцо, а там уже были и Джонсон, и Варгези. И еще два кабинщика из прошлой смены.
Станцо сказал, что Павлыш правильно сделал, что пришел. Надо прозвонить все контакты.
