Капитан положил на столик лист с переводом донесения, и тут же Антипин протянул руку и взял его со стола. Снежина заглянула Антипину через плечо. Донесение было напечатано на знакомом аппарате: еще вчера Снежина получала у Мозга консультацию по хранению запасных стержней; консультация была выполнена на такой же бумаге и этим же шрифтом.
— В документе, который взял механик Антипин, — сказал корона Аро (Антипин поднял голову, удивился, что корона уже запомнил его имя), — есть этому объяснение. Разведдиск совершил посадку в одном из городов, взял пробы воздуха, почвы, нашел кое-какие предметы, изготовленные обитателями Синей планеты.
Среди них оказалось и вот это. — Аро оттянул зеленую чешуйчатую кожу на боку — обнаружился карман — и осторожно вытащил фотографию. На ней был изображен человек. Человек стоял на берегу озера, в тени остролистого дерева. Человек улыбался.
7Последней фотографию рассмотрела Эмилия Кареновна. Она отдала ее обратно и громко всхлипнула. Малыш обернулся, хотел сказать что-то, но не сказал.
Корона Вас подкрутил настройку лингвиста — видно, принял всхлипывание за непонятное и не переведенное лингвистом слово.
— Вот так, — сказал Загребин. — Туда мы и летим.
— На кладбище, — добавил Бауэр.
— Что же раньше-то не видели? — спросила тетя Миля.
— Знаете же, — сказала Кирочка, — увидели взрывы. И было поздно."
"— Такое могло случиться и с нами, — заметил Кудараускас. — Но мы справились.
— Вы справились, — сказал корона Вас. — И мы тоже.
Голос его звучал очень ровно, нивелированный динамиком лингвиста.
Фотография человека на берегу озера легла на стол.
— Странное чувство, — произнесла Снежина. — Если бы я знала, что он просто умер, была бы фотография как фотография. А я знаю, что не только он умер — умерли все они. Представляете, все. Они строили дома, ездили друг к другу в гости. Думали, что их дети тоже будут строить дома и ездить в гости. И теперь нет никого — ни детей, ни домов. И некуда ездить в гости. И мы опоздали. На один год. И, наверное, когда последние из них умирали, они знали уже, что больше ничего не будет.
Так значительно страшнее умирать, когда знаешь, что больше ничего не будет…
— А почему все-таки мы? — спросил Бауэр. — Почему вы не полетели сами, на своем корабле?
— Это ясно, — ответил Малыш быстрее, чем успел сделать это корона. — Те были такие же или почти такие же, как мы. И мы лучше поймем все, что у них было. Лучше.
— Да, вы правы, — сказал корона Аро. — Вам ближе все, что создано на той планете.
