Хенкок же продолжила мысль, — Может вернешь мне броню? — и глазками невинно вновь хлоп, и губки уточкой.
Ню-ню.
Я начинал звереть на ровном месте. Откуда такая буря эмоций?
Совсем за дурачка меня держала или за представителя их текущей тусовки, диких бойцов с любовных фронтов, имевших за двадцать минут не один и не два десятка девиц, где-то и как-то увиденных, возможно даже топлес и на общественном пляже. После чего образы таких безропотных наложниц, вместе с разнообразными актрисами, надолго поселялись воображаемом гареме, выполняя все мечты господ.
— Нет. Не отдам, — четко расставляя акценты в конце каждого короткого предложения ответил, чуть добавил стальными нотками в командирском рыке, — И быстрее, пока я оружие собираю!
— Так не пойдет! Оно же нулевым станет! — гулким басом возразил один из сдавшихся — Алексей Иванов, здоровый усатый мужик, явно за тридцать. Хотя в здешних реалиях внешний вид мог был очень обманчив. И даже головой отрицательно мотнул, — Не отдам!
Так… Вдохнуть-выдохнуть.
— Хорошо, тогда тебя на ноль.
Выбирай. Считаю до десяти! Раз… Два… — а вот это уже произнес очень спокойно. Ровно. Удалось все-таки взять себя в руки.
А так, достали. Хватит. Успел добраться до цифры пять, когда наконец-то и ИО было сдано. Предводительница воинства тоже поняла, что игры кончились и на меня ее «стратагемы» не действовали, поэтому облачилась в обычный мешковатый камуфляж, извлеченный из инвентаря одним из ее последователей. Грязное все. Сука! Даже туристические ботиночки нашлись.
Вот-вот.
Еще через десять минут отконвоировал всех в модуль, где разместил каждого отдельно, пообещав отпустить всех, как решится вопрос с Такеши. Обстановку создал в камерах довольно приличную — лежанка-нары, не забыл даже об унитазах и раковинах с водой. Хотя надо было всех на работы выгнать. И заставить со всех окрестностей стаскивать хлам. Но опасался, что растащат ненароком, под шумок, половину трофеев."
"— Ты не думаешь, что со своей союзницей и сторонницей поступать так не хорошо? — пыталась опять заглянуть мне в глаза неугомонная девчонка, оказавшись в клетке.
Конечно, без всякого толка. Глухой шлем делал свое дело. И даже, если у Боа была развита до этого интуиция, эмпатия или еще какая-нибудь характеристика, позволяющая играть на чувствах окружающих, манипулировать ими, то пока она покоилась на безопасной единице. Или ошибался? — Я ведь поклялась перед Системой и тобой, и теперь я на твоей стороне!
— Нет, не думаю. Пока отдыхай. Не повредит.
