Сбежать, если понял, тоже не удастся… — ухмыльнулась неожиданно тварь, — И очень, очень тебе хотел напоследок сказать, — кто бы сомневался, не зря Голливуд подметил желание злодеев покрасоваться перед жертвой, дабы сразить до конца могучим интеллектом, еще и морально уничтожить, — И сейчас ты спрашиваешь, «как»? Отвечу, не только у тебя в покровителях новые божества этой реальности, но и у других теперь имеется к ним доступ. Игры в поддавки закончились! А до встречи с Заргом… Вижу знакомое имя, — усмехнулся тот. И как ты, сука, это можешь видеть, если я не снимал шлема, да и контроль над собой не потерял, — Все гадал, как такое возможно, что какой-то придурок выходил постоянно сухим из воды? И кто ему помогает? Без Зарга, что видно даже по твоим воплям, ты пустышка.
А еще разочаровал босса. После гибели, а ты теперь смертен, все собранные Части достанутся мне с целеуказанием на следующую. Ее я найду сам! И Компас соберу, а потом через придет Сферы! И тогда… Вовремя со мной связался Высший, а то так бы погряз в этой песочнице, растворился в дерьме, думая, что это и есть настоящий путь на верх.
Или думаешь, что всякие Никифаровы и Добрынины вдруг прозрели, и так легко избавились от меня? На ровном месте? Нет, мой друг, спешу разочаровать. Они просто стали неинтересны. Как и их жалкие поселения. Появились другие цели. Дальше, когда явится Саныч, я принесу его в жертву! Чтобы урод больше никогда не возродился! И никто ему не смог помочь. Простая вроде бы смерть и даже при отсутствии попыток репликации может не привести к нужному для меня результату! А затем… Но этого тебе знать не следует.
Да и не касается. Тебя больше должно интересовать другое, да, другое!
— Ты врешь! — как можно более истерично воскликнул я, пока оставалось одно — тянуть время и постараться вытянуть из гада, как можно больше информации, а там или собирать камни… в любом случае собирать, — Ты все врешь! Зарг не мог меня предать! Никогда! Он не мог этого сделать! А все, что ты говоришь это ложь! От первой до последней буквы! Ложь! Ло…
— Дурачок, — как-то ласково улыбнулся товарищ, перебивая.
Он наслаждался моментом, он упивался им. Молодец! И хорошо, что шлем скрывал лицо, вряд ли мне удалось сыграть глубокое и полное разочарование в жизни, в людях и вообще просто надломленность. Хотя… Но не будем переоценивать свои артистические способности, — Какой же ты дурачок! Зачем ты ему нужен? Себя спроси. Слабое, жалкое ничтожество, не способное самостоятельно ничего сделать.
