- Может зря казначей наговаривает? И про субсидию эту надо еще разобраться и тем более про фальшивые монеты. Это слишком серьезное обвинение.
- Да-да… Они все с виду приличные, - задумчиво отозвался принц. - Вот только покажи мне хоть одну, которая знает, как управлять графством. Кто ее учил разбираться в стеклянной шихте и ресурсах? И почему у нее на побегушках огненный элементаль?! Баст, ей двадцать лет! А она ведет себя так, словно провела у стеклоплавильной печи лет тридцать!
- Ну… - задумался барон, отправляя в рот добрый шмат мяса, прожевал и весело хрюкнул.
- О, знаю! Она горная ведьма, которая заняла тело невинной графини. А на самом деле ей восемьдесят, у нее бородавка на носу и… Эй, ты меня вообще слушаешь?
Себастьян проследил за взглядом друга, который вдруг словно остекленел. Но тот просто смотрел куда-то в стену, пристально рассматривая гобелен, на котором белокурая юная дева лихо скакала на таком же белоснежном единороге. Без седла и даже без уздечки.
Озадаченный барон нахмурился. Раньше он не замечал за принцем такой любви к ткацкому искусству.
Он вытер салфеткой рот, откинулся на спинку кресла, которое натужно заскрипело под широкоплечей массивной фигурой рыцаря, и припомнил:
- Шутки-шутками, но я слышал, что прапрадед нынешней графини Глассер был магом-воздушником, и к тому же, по слухам, занимался алхимией. Не удивлюсь, если эта умненькая девуля нашла его записи и сейчас активно ими пользуется. Ну, знаешь, все эти алхимические составы и прочая дребедень.
- Ты никогда не любил точные науки, да, Баст? - ухмыльнулся Алвар, все еще пристально изучая стену напротив.
- Так говоришь, как будто не ты со мной прогуливал алхимию в Академии магии, - возмутился друг.
Принц широко ухмыльнулся и покачал головой:
- И вообще, записи деда-алхимика - это хорошо, но все равно никак не объясняет тот факт, что юная красавица-графиня владеет стеклодувной трубкой, как мастер-профессионал.
- Есть такое, - согласился Себастьян, помолчал и фыркнул. - Кстати, на счет красавицы. А ведь она и правда ух как хороша! Талия - осиная, задница - лосиная…
- Баст! - недовольно осек его наследник.
- А что такого? - удивился друг, не понимая в чем причинатакой ярости. - Думаешь, я не вижу, как ты на нее смотришь, а? Слушай, Ал, серьезно, ты что-то к ней испытываешь?
Алвар хмыкнул и резко поднялся с кресла.
- Терпение. Исключительно терпение, друг мой.
Мужчина вновь подбросил в воздухе серебряную монету и поймал ее на тыльную сторону ладони. Взглянул.
Решка.
