- прохрипел виллан, выпучив глаза и комкая в руках шапку. - Все сделаем, миледи! Все в лучшем виде! Всей деревней промывать будем!
- Ну, это уже лишнее, - кашлянула я, пытаясь уменьшить пыл виллана. - Но задачу вы поняли, а это главное.
Идея моя была проста: делать то, что я умею лучше всего. Стекло и хрусталь. И начать я хотела как раз с самого обычного листового оконного стекла.
И вот тут возникла проблема. Основное сырье - это кварцевый песок, которого было нужно семьдесят процентов. Но для хорошего оконного стекла мне нужна была сода.
А еще известь для стабильности и доломит - для прочности.
И если с последними проблем не было, то вот где достать соду, состав которой в стеклянной шихте должен был быть целых четырнадцать процентов, я понятия не имела. И обойтись без всех этих компонентов я тоже не могла.
- Сода? - удивилась леди Велена, когда я пришла к вдовствующей графине. - Не слышала, чтобы ее добывали не то что в графстве, но и во всем королевстве.
Плохо, что у графства нет выхода к морю, а значит использовать золу морских водорослей или содоносных прибрежных растений тоже не выйдет.
"
"Конечно, был еще вариант попробовать состав с поташем, вместо соды.
Поташ делают из золы деревьев. Но мне подойдут не все подряд: только некоторые лиственные, вроде бука, ясеня, березы и дуба. А вот хвойные, которые в графстве избыток, совсем не годятся.
А еще с каждым днем у меня все меньше и меньше остается денег. А расходы все растут и растут. Именно поэтому, пока Мэт растапливал нашу печь в третий раз, я подозвала Жаро, усадила его на металлическую заслонку и принялась за работу.
И вот тут обнаружилась первая проблема. Тело.
Это руки Ольги Степановны, покрытые тонкими шрамами и следами ожогов, знали, что и как делать. Как и глаза, привыкшие за тридцать лет к яркому свету горелки.
А вот нежные пальчики Оливии Глассер, наследницы графского рода, должны были переворачивать партитуры для фортепиано и подставлять их под поцелуи кавалеров.
Но я упрямо пододвинула связки тонких стеклянных трубочек разных цветов, которые я забрала из алхимической лаборатории.
Синие, красные, зеленые, желтые - они были словно радуга, застывшая в хрупкой форме.
Начнем, пожалуй.
Первая трубочка была молочно-белая. Отлично, сделаем из нее середину “цветка” Из оранжевых будут лепестки, а синяя будет самой бусиной.
- Жаро, держи, пожалуйста, постоянную температуру, - попросила я, перебирая стеклянные палочки.
- Легко, - фыркнул элементаль.
