Бортовой номер «триста пятнадцать», двойной винт, знакомая машина, на которой ему пришлось полетать даже больше, чем поездить в такси. Вот только по сторонам кабины висят обтекаемые топливные баки неизвестного образца, раньше таких что-то не приходилось видеть…
Вертолет резко пошел вверх и вперед, и за секунду до того, как склон сопки заслонил его от Мазура, каперанг еще успел заметить – правый топливный бак отделился от борта, по инерции немного пролетел вперед, прежде чем перейти в пике…
Наверное, его заставил в броске кинуться наземь тот же звериный инстинкт, выручавший не единожды.
Умом он понимал, что с вертолета заметить его невозможно, но тело само сработало, он упал, перекатился, прижав к земле Джен, а из подсознания уже рванулся немой крик: «БОМБА!»
Веки сами сомкнулись от нестерпимого грохота, сотрясшего землю. Показалось на миг, что сопка валится на голову, сквозь толщу горы явственно передалось сотрясение, отзвук тугой и мощной взрывной волны, рвавшейся наружу из узкого распадка. И тут же все повторилось, грохот, сотрясение, жаркая волна, пронесшаяся высоко над головой.
Сверху посыпался какой-то мусор, колючий и обильный."
"Он чувствовал, как Джен колотит крупной судорогой, как она пытается вжаться в землю – бывали под бомбежкой, знаем… Осторожно открыв глаза, Мазур попытался определиться в мире, в который раз обернувшемся враждебным. Казалось, он оглох. Ни звука не долетает снаружи.
Он еще долго лежал, боясь пошевелиться, не зная, где сейчас кружит вертолет. Затыльник автоматного приклада больно давил на ребра – автомат оказался под Мазуром.
Насколько он мог рассмотреть из своей неудобной позиции, меж стволов вдалеке клубился тяжелый дым неопределенного цвета. Медленно возвращался слух, перепонки целы – он уже слышал, как рокочут вертолетные лопасти в вышине, как жалобно стонет Джен, скорее уж поскуливает по-щенячьи. Мыслей в голове не было никаких. Потому что все ясно и так. Кто-то продал – и совершенно неважно теперь, был ли вертолет подлинным или противник прислал свой, ухитрившись где-то подтормозить настоящий.
Продал кто-то, стоявший весьма высоко. Точнее, очень близко к «варягу», или?
Если это Глаголев, проще уж стреляться сразу – или подождать? Не будем спешить, знаете ли, пленки пригодятся и родным адмиралам… пленки!
Он лежал, как на угольях, время от времени косясь на часы, не шевелясь, отвлекшись лишь раз, чтобы закатить Джен парочку звонких оплеух, испытанного средства от истерики, сработавшего и на сей раз.
