Вот только отчего-то проявляет явственные признаки нервозности – вполне, впрочем, простительной, прокурор как-то привык, что это его боятся все, это именно ему приходится выступать в роли охотника, а не наоборот…
Остальные размеренно жевали с устало-отрешенными лицами опытных солдат, привыкших наслаждаться каждой минуткой отдыха, – и выглядели сейчас столь одинаковыми, что Мазур, не зная заранее, кто родился под сенью родных осин, а кто прибыл из-за океана, ни за что не отличил бы земляков от залетных гастролеров.
Он разорвал пакетик с ломтем обезвоженной ветчины, сухой и легкой, как пробка, налил туда воды из фляги – есть не особенно и хотелось, но все равно следовало набить калориями организм.
– Супермены! – вполне непринужденно позвал Полковник. – Дайте жрать. Женевская конвенция, как-никак, обязывает…
– Освоился, падаль, – проворчал майор Прагин. – Ладно, дайте ему кто-нибудь кусманчик, да не особенно большой – не сват, не брат…"
"Он задумчиво играл с процессором, вновь и вновь высвечивая на экране точку, где они в данный момент находились.
У Мазура в одном из многочисленных карманов лежал такой же, но не было пока случая воспользоваться. Равнодушно откусывая от набухшего и ставшего мягким куска ветчины, он достал другой рукой маленький радиоприемник (чьи миниатюрные размеры вовсе не означали примитивности), нажал кнопку автонастройки. Из динамика неслись лишь шорохи и треск – никаких радиопереговоров поблизости. Потом послышался треск погромче, словно с размаху разодрали кусок ситца.
И снова.
Мазур взглянул на небо, на тот крохотный кусочек, что был доступен взору меж густыми кронами. Все уже затянуто серым – совсем недалеко сверкают молнии, пожалуй, гроза скоро докатится и сюда. Беспокойно покосился на часы – пора бы, пора…
– Отличная погода надвигается, а? – тихо спросил майор. – Какое серьезное прочесывание в ливень…
– А летчик у вас хороший? – спросил Мазур. – Вертушке в такую погоду тоже неуютно…
– Дерьма не держим.
– Вы и на «Жемчужине» дерьма не держали… – увидев, как исказилось лицо майора, он мысленно выругал себя.
– Извини…
– Ладно. Хочешь идиотскую версию? Насчет теплохода?
– Ну?
– Если уж впадать в манию преследования… – сказал майор. – Они вполне могли прятаться где-то на судне.
– Что, втайне от команды?!
– Если предположить сообщника из числа команды – не столь уж и нереально, – сказал майор. – Там в корме есть небольшой грузовой трюм, он пустует… пустовал. И две трети кают были заперты.
